Форум » Архив форума » Леса Эпира » Ответить

Леса Эпира

Арес: В лесах растут сосны, буки, дубы, а в горных районах — балканские сосны. Здесь водятся волки, серны, рыси, кабаны, выдры, а озера являются местом обитания тысяч водоплавающих птиц. Локации : Опушка леса Светлая по большей части солнечная опушка, на которой можно отлично провести денек, валяясь в зеленой траве, словно в пуху. Ручей в лесу Небольшой, но очень живой ручей с множеством мелких камешков и прозрачной, прохладной водой. Ручей , является продолжением водопада, что находиться довольно далеко от своего младшего брата. Вода пригодна для питья, но плавать здесь не получится, слишком мелко и холодно. Водопад Названия у него нет, потому что он является в большей степени диким. Среднего размера водопад, красивый и холодный. Купаться можно, но только если вы действительно очень закаленный человек. Заброшенная хижина Перекошенное деревянное строение впрятанное в глубине леса. Крыша поросла мхом, двери выглядят настолько прогнившими, что кажется стоит до них дотронуться и они превратяться в труху. Внутри сыро и темно. Лесные тропы Разные бывают, по большей степени ухабистые и извилистые, некоторые из них больше стоптаны, некоторые вообще заросли травой. Очередность постов : Гаира, Немезида, Тара, Антоний, Массовка (Эмилий), Ваента

Ответов - 101, стр: 1 2 3 4 All

Зена: [center]Антоний[/center]

Антоний: Кролик получился превосходным; маленькая чужестранка умудрилась сотворить настоящее чудо, похоже, пустив в дело все, что оказалось под рукой. Антоний не видел, что именно использовала Валла в качестве приправ, но пряный вкус и терпкий аромат почему-то казались смутно знакомыми, и ему понадобилось несколько долгих минут, чтобы понять почему. Травы, росшие у ручья. Он приметил их, когда они с Эмилием возвращались в лагерь, даже сорвал несколько травинок на ходу, машинально растер между пальцами, чтобы убедиться, что это именно то, что он думает… Забавно, но ему никогда бы не пришло в голову, что их можно использовать как приправу. У них другое назначение… Антоний смерил долгим задумчивым взглядом Валлу, уже начавшую устраиваться на ночлег, потом отвернулся и выбросил эти мысли из головы. Девочка просто использовала то, что оказалось под рукой, вот и все. Тем временем Тара заметила, что ночью им стоит дежурить по очереди, и тут же вызвалась быть первой, а Эмилий сказал, что следующее дежурство стоит взять кому-то из них. Антоний и сам подумывал о чем-то подобном, поэтому согласно кивнул в ответ. - Тогда следующим буду я, - вполголоса произнес он. Возражений не было, и последующие дежурства распределились легко и быстро между всеми присутствующими. А вскоре Гаира подошла к ним и, мило улыбнувшись, отвела его друга в сторону. Несомненно, им было о чем поговорить… Антоний проводил их взглядом, потом завернулся в плащ и вытянулся возле костра. И почти моментально заснул – сказались усталость и солдатская привычка использовать для отдыха любую подвернувшуюся возможность. Когда настанет его очередь дежурить его, несомненно, разбудят. Но этого не произошло. Он проснулся сам словно от какого-то внутреннего толчка. Приподнялся на локте, огляделся. Неподалеку тихонько посапывала Валла, но кроме них двоих в лагере никого не было. Ни Тара, ни Эмилий с Гаирой еще не вернулись, а судя по тому, что ни один из костров не успел догореть до конца – времени прошло не так уж много… Эмилий и Гаира, конечно, могут говорить хоть до рассвета, искать их Антоний и не собирался, но амазонку, наверное, пора уже сменить. Странно, что она сама до сих пор не вернулась… Антоний потер глаза тыльной стороной ладони, качнул головой, прогоняя остатки сна, и решительно поднялся на ноги. Застегнул отложенный, было, в сторону пояс с оружием и направился в лес, в ту сторону, куда ушла амазонка. Он понятия не имел, где будет искать Тару, ничего кроме как пройтись вокруг лагеря, постепенно увеличивая радиус обхода, ему не пришло в голову. Единственное, на что он надеялся, это что Таре хватило ума не забредать слишком далеко. Он наткнулся на нее на третьем круге, когда уже начал беспокоиться всерьез. Девушка сидела под деревом, прислонившись затылком к стволу. Она там что, заснула что ли? Облегчение тут же сменилось раздражением, но даже оно не смогло полностью заглушить его тревогу… - Эй, ты что здесь делаешь? Неужели мое общество тебе настолько неприятно, что ты предпочитаешь бродить в темноте, вместо того чтобы вернуться в лагерь? – не без иронии поинтересовался он, подходя к Таре. Вблизи стала заметна бледность девушки, ее покрытый испариной лоб и побелевшие пальцы, напряженно сжимающие нож. - Что случилось? – уже гораздо мягче спросил он. – Тебе нехорошо? [center]Тара[/center]

Tara: Тара сидела на холодной земле и судорожно пыталась придумать, как ей спасти свою жизнь. К сожалению, гениальных идей не появлялось. Мысли, словно неуправляемый рой, метались и жужжали в голове. Вот только толку от этого было мало. Взгляд зеленых глаз вновь медленно скользнул по укусу, две аккуратные ранки постепенно начали темнеть по краям, а кровь приобретала какой-то не совсем нормальный оттенок. Тара чувствовала, что медленно, но верно слабеет и теряет силы. Но как это остановить или что нужно предпринять, она не знала. Была, конечно, одна мысль. Просто закричать. Она не так далеко ушла от «лагеря» и ее бы услышали, но амазонке было как-то даже стыдно просить о помощи. Тара уже который раз за день показывают свою беспомощность. То ее ранили в бою, то змея укусила… Определенно не самый удачный день. И может быть, воительница бы признала свою слабость, если бы в их маленьком «лагере» не было мужчин. Уж больно не хотелось показывать им, что все ее слова по поводу независимости и храбрости ничем не являются. Что она просто обыкновенная, слабая женщина. Внезапно Тара услышала отдаленный шорох и резко обернулась, выглядывая из-за дерева. Внимательный взгляд зеленых глаз пытался отыскать любой источник звука. «Не хватало мне еще одной змеи!» - недовольно размышляла брюнетка, хотя она отлично понимала, что никакой змеи больше не будет. Тут скорее дикий и жутко голодный зверь, который пришел на запах крови. Ладонь вновь уверенно сжала рукоятку ножа, вот только былая сила куда-то ушла. Тара с неким разочарованием осознала, что хватка уже совершенно не та. А значит, метнуть нож она врядли сможет, а уж попасть в цель тем более. Шорох стих, и амазонка перестала мотать головой, позволяя себе на некоторое время расслабиться. Она прижала затылок в стволу дерева и прикрыла глаза. Ей показалось, что на пару минут она провалилась в темноту. Может, она потеряла сознание, а может, просто уснула. В любом случае, очень скоро воительница вновь широко распахнула зеленый глаза, как только очередной шорох коснулся ее ушей. Это напоминало картинку из страшной байки, которые любят рассказывать амазонки перед сном, сидя у костра. Вот только Тара никогда в них не верила, а сейчас, словно, стала героиней одной из таких историй. Ей было сложно признаться даже самой себе, но сейчас брюнетка испытывал панический страх. Она совершенно не хотела умирать, а тем более такой глупой смертью. Однако ее опасения были напрасны. Или нет? Через пару минут к тому месту, где сидела Тара вышла знакомая фигура. По началу амазонка могла лишь различить темный человеческий силуэт, и без труда определить, что это мужчина. А потом, когда фигура приблизилась, воительница облегченно вздохнула. Это был Антоний. «Уж лучше б дикий зверь, чем ты!» - мысленно возмутилась брюнетка, но на самом деле, она безумно была рада, что именно он ее нашел первым, а не какой-нибудь волк или тигр. Уж те бы точно не стали с ней церемониться. Антоний явно был раздражен, что было вполне нормально, так как римлянин закипал, как вода в казанке, стоило бы Таре замаячить на горизонте. - Эй, ты что здесь делаешь? Неужели мое общество тебе настолько неприятно, что ты предпочитаешь бродить в темноте, вместо того чтобы вернуться в лагерь? Девушка невольно, но возмущенно закатила глаза и тяжело вздохнула. «Боги, не уже ли он всегда думает только о себе?» - думала воительница на его фразу про его же общество. Нет, ей вовсе не претило его общество, более того, она начинала скучать по их маленьким перепалкам. Но признаваться Тара в этом не собиралась. Более того, в данный момент, она решила нагло соврать. Ни к чему ему знать, что она оказалась настолько никудышной амазонкой, что наступила на змею и сейчас тихо мирно готовится к смерти. Переведя на Антония ироничный и скептический взгляд, брюнетка как можно бодро проговорила: -Я дежурю, разве не заметно? Или мне полночи провести стоя на ногах? – Как всегда в своей манере, фыркнула красавица, мотнув головой, чтобы волосы упали на щеки и скрыли их бледность. - Твое общество мне безразлично, так что сильно не обольщайся. «Ну почему? Почему меня не могла найти Гаира или Немезида? Почему именно ты?» - чуть ли не плача в мыслях возмущалась девушка. Ей совершенно не хотелось упасть в глазах этого мужчины. Хотелось и дальше поддерживать свою точку зрения, что она высказала ему при их первом «милом» разговоре. А сейчас придется просить… нет-нет, не просить, а принимать (!) его помощь. Внезапно Антоний уже более мягким и даже взволнованным голосом спросил у Тары, что случилось, а потом поинтересовался, хорошо ли она себя чувствует. Амазонка сквозь силу усмехнулась и подняла взгляд зеленых глаз на него, отчего волосы вновь разлетелись, и ее бледность при свете луны стала отчетлива видна. -Все хорошо, ничего не случилось… - ответила тем же мягким и спокойным голосом Тара, хотя на нее это было не похоже. Однако сейчас ей хотелось обмануть Антония, сделать так, чтобы он поверил ей и ушел. – Прошло мало времени, я подежурю еще. А ты иди, поспи… «Да, что это со мной?» - удивлялась сама себе брюнетка. С каких это пор она так мягко и спокойно разговаривает с мужчинами? С каких пор она вообще с ними разговаривает? Тара нахмурила брови и мотнула головой, прогоняя странные мысли. Свалив всё на то, что у нее уже начался предсмертный бред, амазонка подняла голову и посмотрела на римлянина. Ей приходилось смотреть на него снизу вверх, так как она сидела, а он стоял, но почему-то было жутко не приятно чувствовать его превосходство над ней. Когда мужчина уже было собрался уходить (или девушке просто это показалось), Тара поняла, что сглупила. Она не хотела умирать, но одновременно с этим не собиралась принимать помощь того, с кем она ругалась, как кошка с собакой. Однако всё же решила выбрать меньшее из зол, а точнее то, что безопаснее для жизни. -Подожди… - окликнула Антония Тара и тут же слегка замешкалась. – Да, мне не хорошо. Амазонка слегка приподнялась, как бы удобнее пытаясь сесть. На самом деле, она пыталась справиться с дискомфортом, который возник в душе, стоило ей лишь осмелиться говорить о своей проблеме. Но ведь другого выхода не было! Тем не менее, Тара опустила голову и больше не смотрела в глаза Антонию. -Меня укусила змея… И если я правильно поняла в темноте, это была Тигровая змея. Очень опасная и… смертельно ядовитая. [center]Эмилий( Ваента)[/center]

Антоний: с разрешения администрации вне очереди -Я дежурю, разве не заметно? Или мне полночи провести стоя на ногах? Антоний хотел, было, сказать, что нет, незаметно, но вместо этого лишь пожал плечами, пропустив мимо ушей и иронию Тары, и ее заявление, что его общество ей безразлично. У него не был ни сил, ни желания затевать еще один раунд словесного поединка, а именно к этому привело бы любое резкое или способное показаться амазонке резким слово. Глупости все это… Им с Тарой нечего делить, тем более что завтра они разойдутся каждый своим путем и, скорее всего, больше никогда не встретятся. И почему-то от этой мысли стало немного грустно… А в следующий миг девушка улыбнулась и уже совсем другим, куда более мягким тоном, столь резко контрастирующим с ее прежними, столь вызывающими манерами, сказала: -Все хорошо, ничего не случилось… Прошло мало времени, я подежурю еще. А ты иди, поспи… Антоний машинально кивнул, но не двинулся с места. Он и сам не понимал, что именно удерживает его, не позволяя повернуться и уйти. Непривычно мягкий голос Тары настораживал, а еще больше его настораживал ее вид - эта ее неестественная бледность. Хотя, быть может, это всего лишь лунный свет выбелил так ее лицо, сделав амазонку похожей на тень, выпорхнувшую из царства Аида… В любом случае, девушка ясно дала ему понять, что не нуждается в его обществе, и Антоний не считал себя в праве навязываться. Хочет дежурить дальше – что ж, кто он такой, чтобы спорить? Раз таково желание Тары, то ему, наверное, действительно лучше уйти. Он шагнул, было, в сторону, собираясь так и поступить, но тут амазонка остановила его: -Подожди… Да, мне не хорошо. Меня укусила змея… И если я правильно поняла в темноте, это была Тигровая змея. Очень опасная и… смертельно ядовитая. Проклятье, женщина, и ты все это время молчала? Не доверяла что ли? Хотя… С какой это стати ей ему доверять? Антоний невнятно выругался, затем несколькими быстрыми шагами пересек разделявшее их расстояние. - Дай, посмотрю, - сказал он, подойдя вплотную к Таре и окинув девушку цепким взглядом, и почти сразу увидел кровь на ее ноге, не замеченную ранее. Присел рядом на корточки, уперевшись коленом в землю, и, не дожидаясь разрешения, коснулся ее голени, кончиками пальцев осторожно исследуя повреждение. - И как давно это произошло? – спросил он, уже зная ответ. Судя по отеку, никак не меньше пятнадцати-двадцати минут, а это значит, что пытаться отсасывать яд бессмысленно. Это нужно было делать сразу, в первые же минуты, а теперь слишком поздно. Яд уже в ее крови, отсюда и эта ее бледность, и тихий голос. Да ей просто трудно дышать! И если он ничего не сделает, то она просто-напросто умрет у него на руках, а у него нет необходимых антидотов, только… Только корень цикламена, который Эмилий невесть из каких соображений (отравить что-ли кого собирается?) бросил в одну из седельных сумок, да таволга и бессмертник, растущие у ручья. Лучше, конечно, чем совсем ничего, но против яда тигровой змеи, да еще почти полчаса спустя… Этого может оказаться недостаточно. Впрочем, выбирать не приходится, а значит, нужно использовать то, что есть, и молиться всем богам, чтобы они пожалели эту глупую девчонку… - Тара, - вполголоса позвал он, впервые за все время их недолгого, но столь бурного знакомства, назвав амазонку по имени, - мы должны вернуться в лагерь. Нельзя медлить, на счету сейчас каждая минута. Я знаю, как поступают в таких случаях, меня научили этому на востоке, в Сирии, там полно змей и куда более опасных, чем местные, но здесь, в темноте, я ничего не могу сделать. Помоги мне и позволь мне помочь тебе.

Tara: Атоний постоянно молчал, пока Тара безустанно говорила. Лишь иногда он пожимал плечами и кивал головой. Чтобы это означало? Как бы амазонке хотелось знать, но, увы, читать мысли она не умела. Римлянин сдавал позиции, не отвечал воительнице колкими словами или иронией, как это постоянно делала она. А может, этим он только выигрывал? Нужно было иметь много мудрости и сдержанности, чтобы промолчать, когда Тара огрызается. Но в один момент она перестала это делать. И видимо это слегка насторожило Антония, но он все же решил уйти. Амазонка его остановила, понимая, что он единственный и, возможно, последний ее шанс. Ниточка к жизни. Тара призналась, что ее укусила ядовитая змея. Конечно же, римлянин не стал уходить, вместо этого он невнятно выругался и быстрыми шагами преодолел короткое расстояние. Воительница слегка нахмурилась на его ругательства, не понимая, что они означают, но больше ее удивило то, что они ее нисколько не раздражают. Обычно она всегда готова дать колкий ответ, а тут ей даже как-то польстило что ли… Хотя, может он выругнулся потому, что теперь ему придется с ней возиться, а особого желания нет? Все подобные мысли испарились, когда мужчина практически вплотную подошел к Таре и окинул ее оценивающим взглядом. Почему-то под этим взглядом амазонка почувствовала себя слегка неуютно и смущенно, однако постаралась скрыть сей факт. Да и бледность ей в этом помогла. Антоний присел на корточки и без какого-либо разрешения коснулся ее голени. Тара вздрогнула… Она не привыкла к чужим прикосновениям, особенно когда ее касается мужчина. Такого вообще никогда не было. Но стоило признать, что руки у него были теплые и, не смотря на то, что он хорошо орудует мечом, ладони были нежными. Антоний пальцами осторожно исследовал ее ногу на повреждения, а амазонка, как завороженная, следила за этим процессом и концентрировалась на своих ощущениях. Ей не было больно, наоборот, кожа вокруг раны онемела, и девушка практически ничего не чувствовала. С профессионализмом лекаря Антоний спросил, как давно это все произошло, причем тон был такой, словно он итак знает ответ на свой вопрос. Тара все же решила ответить: -Около получаса назад, я думаю… Голос ее был тихим и едва слышимым, хотя самой воительнице, казалось, что она говорит вполне нормально. Однако она не могла не признать, что чувствует себя странно. Ее кидает в жар, а потом резко становится холодно… Причем последнее пугало больше всего. Ведь брюнетка отлично знала, что если ты чувствуешь холод, значит, смерть близка. Она не раз слышала от умирающих амазонок, что им холодно. И вот теперь оказалась на их месте. Внезапно у Тары закружилась голова и она откинулась назад, пытаясь, справится с темнотой, что тянула ее в неизвестную бездну. Ей с трудом удалось не упасть в обморок, стало трудно дышать. Словно на грудь ей положили тяжелый камень, и каждый вдох давался с трудом. Сквозь необъятный туман, в который ее засасывало, Тара услышала свое имя. Это Антоний обратился к ней, и девушка усмехнулась, подумав, как необычно приятно звучит ее имя из его уст. А может ей так кажется, потому что она уже бредит? В любом случае, Тара переборола себя и открыла глаза. Взгляд ее был слегка потерянный, но она все же смогла сконцентрировать его на римлянине. Антоний пытался донести до амазонки то, что им нужно вернуться в лагерь, что нельзя тянуть и дорога каждая минута. Он пытался успокоить воительницу, говоря, что знает, как поступают в таких ситуациях. На востоке в Сирии, где обитает множество змей намного опаснее тех, что обитают в Греции, Антония научили справляться с ядом. Но в темноте он не сможет ей помочь. Тара смотрела растерянными и туманными глазами на мужчину, не зная, что ему на все это ответить. Она лишь улыбнулась, пытаясь его успокоить. Как странно ощущать, что он волнуется за нее. А ведь это было на самом деле так. Какой бы не была Тара слепой, но она видела и ощущала его тревогу. -Помоги мне и позволь мне помочь тебе. Тихая, но многозначительная фраза слетела с губ Антония. Амазонка почувствовала, как внутри у нее что-то сильно сжалось. Он просил ее доверится ему… Это было тяжело. Она никогда не верила мужчинам и не собиралась этого делать. Ей было страшно. Тара совершенно не знала Антония, а те короткие моменты их знакомства были не самыми теплыми и нежными. Так что доверять ему у нее не было поводов. Да даже если бы были, Тара не просто гречанка, она амазонка. Брюнетка внимательно посмотрела в глаза Антония и закусила губу в размышлении. Она молчала, пока не решаясь что-либо ответить. А время шло. Антоний прав, каждая минута могла быть на счету, и нужно было что-то делать. Внезапно в голове прозвучал до боли знакомый и мудрый голос Гаиры:«- Тара…на севере несколько другие законы, думаю, ты сама знаешь об этом, и для меня, как и для моих сестер принять помощь от мужчин всегда было неким оскорблением, ведь тем самым они считают нас беспомощными. С другой стороны,…возможно, это сейчас будет выглядеть глупо, но я считаю, что иногда этим правилом можно поступиться, если их помощь может спасти несколько жизней дорогих нам людей. И у всего есть конец, амазонки сильный и своенравный народ, но они тоже иногда бывают слабыми и нуждающимися в помощи людьми» Тара мысленно фыркнула, как она не любила, когда кто-то был прав. А Гаира тогда была действительно права. Принять помощь от мужчины это некое своеобразное оскорбление для амазонки, ведь именно эти женщины стремились к независимости и самостоятельности. Но стоит ли быть настолько гордой, чтобы пожертвовать собственной жизнью ради идеалов амазонок? Конечно, если Тара доверится сейчас Антонию, она не спасет миллионы жизней, но возможно она спасет себя… Парадокс, вот и она стала слабой и беспомощной. Это все боги пытаются ее проучить и доказать, что слова Гаиры очень мудры и Таре нужно было прислушаться к ним. Не отрывая взгляда от Антония, воительница тяжело вздохнула: -Хорошо… - тихо проговорила амазонка, словно, боясь, что кто-то еще услышит ее согласие. Однако тут же, пока мужчина не успел приступить к действиям, брюнетка остановила его жестом руки и очень серьезно посмотрела ему в глаза. - Но у меня есть два условия. Первое – ты сделаешь это безвозмездно. Я никогда ничего тебе не буду должна. И второе… ты забудешь это, как сон. Ничего не было, ты будешь хранить это, как страшную тайну до конца своих дней. И только посмей кому-нибудь проболтаться… Иначе, мне придется тебя убить! Последнюю фразу она проговорила, уже улыбаясь, как бы подшучивая над ним, что она его убьет. На самом деле, ей было достаточно неловко просить Антония об этих двух условиях, но только так она могла принять его помощь. Она не будет ходить у него в должниках, а он никогда и никому не расскажет о том, как несносная амазонка попала в беду и оказалась совершенно беспомощной. Тяжело вздохнув, Тара обхватила Антония за шею. Это далось ей с огромным трудом. Но душевные муки ни что по сравнению с физическим. Когда римлянин помогал ей встать, амазонка почувствовала адскую боль в районе укуса. Мало того, у нее жутко закружилась голова, и потемнело в глазах, так что если бы ее не поддерживал Антоний, она бы точно рухнула обратно. Немного подождав, пока звездочки в глазах рассеются, они вместе с мужчиной сделали попытки двинуться в сторону лагеря. Однако каждый шаг давался Таре с ужасным трудом. Нога жутко болела, и амазонка едва сдерживала слезы боли. Антоний понял, что такими темпами они лет через двадцать только доберутся до лагеря, поэтому ловко взял брюнетку на руки и быстрыми шагами двинулся к месту их всеобщей «остановки». Описанные мною действия Антония обговорены с игроком. [center]Антоний или Эмилий[/center]

Массовка: Эмилий вместе с Гаирой продолжали гулять по лесу, беседую на различные темы. Их путь привел к небольшому озеру, возле которого они остановились, любуясь красотой этих мест. Последний рассказ Гаиры о своей жизни вызвал немного грустную улыбку на его лице. Ни каждый раз слышишь от своего друга, что ему придется покинуть этот мир, будучи под явным покровительством богини. Он считал это некой глупостью, но спорить с королевой амазонок, это все равно, что броситься под табун испуганных лошадей. Поэтому он решил поддержать свою подругу. Рука мужчины неловко коснулась плеча женщины, а взгляд устремился в эти яркий изумрудного цвета глаза, в которых запросто можно утонуть. - Гаира до встречи с тобой, я считал амазонок глупыми и слабыми, но после той встречи понял, что вы сильный и храбрый народ, который борется за свои права и за место под солнцем. Я не знаком с другими предводительницами вашего «вида», но уверен они так же заботятся о своем племени, как ты о своем. – вновь улыбнулся он. Внутри, стало, как-то тепло, что настораживало самого генерала, конечно, женщины всегда привлекали его, но вот Гаира, к ней он старался относится как положено, по статусу и званию, посему столь трепетные чувства по отношению к королеве могли навредить их дружбе. Рука Эмилия медленно опустилась вниз и более не касалась бравой амазонки. - Я все же надеюсь, что ты найдешь способ и останешься в нашем мире немного дольше – ободряюще улыбнулся он. Вся неловкость ситуации, создала небольшое напряжение между ними, и только сама амазонка могла повлиять на ситуацию. Конечно, мужчина сдерживал порывы нежности, которые внезапно возникали по отношению к Гаире, но разум все же преобладал в данной ситуации. [center]Антоний, Ваента[/center]

Vaientaa: Сны постепенно наполнялись жуткой неразберихой, Ваента во сне хмурилась, но тут бельчонок беспокоился, он не спал уже давно, но из под накидки не вылезал, а тут стал выкарабкиваться оттуда. Ваента в полудрёме шептала ему что-то успокаивающее и снова закрывала глаза. Закрыв глаза Ваента начала думать, и может поэтому сон начал отступать. Она открыла глаза и осмотрелась, почему-то сразу она никого не увидела, но не удивилась, ей могло быть их просто не видно. Она села, выпустила бельчонка, помотала головой, чтоб стряхнуть с себя остатки сна. Финка снова посмотрела по сторонам, но и в этот раз никого не увидела. Вообще никого! Нет, кто-то из них мог находиться на дежурстве, Ваента не поняла, сколько именно она спала, и не слышала, кто должен быть дежурным в следующий раз. Ну не все же. Flock oli mennyt metsästys? ('Стая ушла на охоту?') - прошипела девушка, хмурясь. Какие забавы нашли воинов было неизвестно, и Ваента удивлялась - если бы всем угрожала опасность, её бы либо предупредили, либо уже съели или убили, а если всё хорошо, то где все? Вещи все были на месте и кони неподалёку. Ну по крайней мере врятли они отправились дальше так... налегке - коварно улыбнулась северянка. Ей так захотелось сделать что-то мерзкое к тому моменту, как кто-нибудь вернётся. Она переборола это желание, решив подождать ещё. Достав нож из ножен у пояса, она отодрала от дерева тонкую ветку и села ближе к костру, подобрав ноги под себя. Девушка сидела и строгала ветку ножом, делая конец острым. Движения её были резки и сосредоточенны, сама она вся собралась, наклонила голову, и выглядела дико, чуть ли не по звериному. Нет, леса она не боялась, он-то её как всегда просто настораживал, потому что был большим и незнакомым. Её расстраивало то, что люди, которые вроде как взяли её с собой, вроде бы пообещали защиту, ну как минимум на эту ночь - все они куда-то делись даже не сказав. Расправившись с веткой, Ваента выкинула её в сторону, встала и прошлась несколько раз в стороны. поразмыслив, она отошла от костра, скрылась в темноте, переплетающейся с нижними ветками деревьев, нож она убирать не стала. Она подкинула его, нож поднялся на полметра и, вращаясь, опустился прямо в ладонь владелице, она снова крепко сжала его. Да, воины многого о ней не знают. Финка ещё удостоверилась, что не зря не назвала своего настоящего имени. Недалеко послышались какие-то шорохи и Ваента прильнула к стволу большого дерева, стала почти неотличимой от него, в руках девушка всё так же сжимала нож - на всякий случай, и была готова к атаке, если потребуется.

Антоний: Яд действовал быстро, слишком быстро. Его попытку достучаться до разума девушки можно было смело списывать со счета; судя по затуманенному взгляду Тары, она была уже не в состояние воспринимать смысл сказанного. Но нет, это впечатление оказалось обманчивым – длинные ресницы дрогнули, и в следующий миг, когда Тара посмотрела ему прямо в глаза, ее взгляд был вполне осознанным. Амазонке пока удавалось балансировать на грани, сохраняя ясность сознания. Она даже ему условия ставит… Боги, да за кого она его принимает? Нет, он, конечно, знал, что римлян в этих краях особо не жалуют, да и он сам невольно подлил масла в огонь… Да, наверное, он это заслужил. Не смотря на серьезность ситуации, Антоний невольно улыбнулся в ответ. - Конечно, - так же тихо ответил он. – Твоя «страшная тайна» станет пеплом на моем погребальном костре. А теперь давай выбираться отсюда. Сказать оказалось проще, чем сделать. К его удивлению, Таре хватило сил чтобы, пусть и с его помощью, но почти самостоятельно подняться на ноги. Она даже попыталась идти, но буквально через несколько вымученных шагов, Антоний мягко, но решительно пресек эти ее попытки – поднял на руки, прижал к себе и зашагал в сторону лагеря. На поляне по-прежнему весело потрескивал огонь, но никого не было. Даже мирно спавшая, когда он уходил, Валла куда-то запропастилась. Проклятье! - Немезида, Валла, куда вы все подевались?– позвал он, подходя к костру и опустив Тару прямо на землю. – Мне нужна ваша помощь! Оглядываться, чтобы посмотреть, услышал его кто-то или нет, он не стал. Вместо этого как мог удобно усадил Тару, осторожно коснулся ее лба кончиками пальцев. Кожа девушки была прохладной и влажной. При свете костра ее пострадавшая нога выглядела даже хуже, чем он ожидал; неестественно алая кровь продолжала сочиться из ранки, а отек вокруг уже начал принимать лиловый оттенок. Проглотив очередное ругательство, он поставил на огонь котелок, плеснул в него воды из чьей-то фляги, валявшейся неподалеку, потом буквально вложил флягу в руки Таре. - Попей, даже если не хочется. Твоему организму в ближайшие часы потребуется много воды. Нужный сверток с корнем нашелся сразу, но пока вода не закипела, толку от него было немного. Антоний бросил тревожный взгляд на Тару. Оставлять ее одну, даже ненадолго, не хотелось, но если в ближайшие пару минут никто не вернется, ему придется это сделать, ведь нужные травы растут у ручья. [center]Гаира/Немезида[/center]

Зена: Гаира и Эмилий уже далеко ушли от лагеря, но это нисколько не пугало женщину, ведь будучи на половину зверем, ей не составит труда найти дорогу обратно, но сейчас не об этом. Парочка шла, медленными не торопливыми шагами и беседовала на различные темы, Гаира же поделилась с Эмилием грядущими в ее жизни событиями. Она, конечно не сама стала вводить его в курс дела, просто весь их разговор плавно перетек в эту, не очень приятную для обоих тему. И если сама амазонка давно смирилась с этим, то Эмилий был шокирован сей новостью. Его рука медленно легла на плечо северянки, от чего та слегка вздрогнула. Инстинкт говорит ей сломать руку, этому наглецу, а воспитание и осознание того, что это ее верный друг просто не позволило сделать это. Хотя…могли быть и другие причины столь легкой дрожи. Слова мужчины о силе амазонок, заставили Гаиру улыбнуться, Эмилий знал, как поддержать друга. - Спасибо – тихо ответила она и посмотрела на римлянина, глаза которого смотрели в ее. Не ловкая пауза повисшая в воздухе и ощущение тепла, где-то внизу живота, настораживали амазонку, прежде она испытывала подобное лишь раз и то по отношению к отцу своего ребенка. Рука Эмилия немного неловко опустилась вниз. - Все зависит от того, когда меня призовет Артемида, друг мой…. – поджав губы, сказала она. И впрямь было немного не ловко, но женщина решила взять ситуацию в свои руки. - Эмилий…ты хороший человек, из всех ранее встречавшихся мне римлян ты самый воспитанный и интеллигентный, такие качества могут подкупить многих…-выдержав некую паузу она продолжила – Я благодарна судьбе за то, что в тот роковой для меня день, ты оказался рядом. – мужчина слегка смутился – И если я не ошибаюсь , я так и не смогла отблагодарить тебя… Не торопясь Гаира сделала один шаг к нему, после чего ее губы, нежно коснулись немного, щетинистой щеки генерала. - Нужно возвращаться в лагерь, и постараться отдохнуть перед завтрашним днем. Оба направились в сторону лагеря. Спустя несколько минут, среди густых веток деревьев можно было наблюдать их костер. Однако, в тени одного дерева Гаира заметила, некое шевеление. Бросив пронзительный взгляд в сторону, она разглядела прижавшуюся к стволу дерева Валлу. - Хм… Подойдя с сзади, так, чтобы девушка их не заметила, Гаира шепотом спросила ту. - Ждешь смены караула? …. [center]Немезида[/center]

Немезида: И вновь каждый определил для себя функции. Тара ушла дежурить, Гаира и ее знакомый Эмилий тоже куда-то пошли. Остались только Валла и Антоний, с которыми Немезиде сейчас не особо хотелось вести какие-то разговоры. Точнее, ей просто не хотелось беспокоить этих людей, ведь смертные устают, да и ночью наступает время для сна. Сама же олимпийка спать совершенно не хотела. Да, возможно она и могла испытывать что-то, похожее на усталость, но это было всего лишь маленькое переутомление после боя. Да и усталость эта прошла также быстро, как и появилась. Сидя на камне, Немезида наблюдала за костром, после чего обратила внимание, что Валла и Антоний уже готовятся ко сну. Богиня решила, что не будет сидеть на месте, а также, как и некоторые пойдет и прогуляется, только в другую сторону, нежели Тара, Эмилий или Гаира. Тихонько приподнявшись, вершительница правосудия еще раз окинула взглядом Антония и Валлу, после чего направилась в сторону леса. Медленно идя, Немезида была в каких-то размышлениях, было похоже, что она витает в облаках, хотя на самом деле, ее мысли ничего не занимало. Лишь один раз она вспомнила слова, которые сказала Гаира. Амазонка говорила, что ей меньше всего хотелось бы доставлять неудобства Таре и самой Немезиде, но больше всего в памяти отпечатались слова о том, что вершительница правосудия стала не просто знакомой для Гаиры, она стала ей дорога не меньше, чем Артемида. Вспомнив это, Немезида улыбнулась слегка вздохнув. Это было приятно. Дружба всегда вызывала радость в глазах олимпийки, ведь таких людей у нее было не так много. У жителей Олимпа в принципе друзей-то редко наблюдалось, скорей только семья и не более того. Сделав еще буквально шаг, Немезида почувствовала легкое дуновение ветра. Из-за этого волосы немного стали прикрывать лицо. Олимпийка убрала прядь, после чего вспомнила о своей руке, которая недавно была ранена. В темноте хоть и было плохо видно, но из-за того, что луна достаточно ярко освещала это место, Немезида разглядела, что рука теперь полностью здорова, рана зажила и теперь все в порядке. Девушка стала поворачивать руку, смотря то на ладонь, то обратно, словно искала у себя еще какие-либо ранения, но таковых не было, и это радовало. Остановившись, вершительница правосудия просто прислушалась к тому, что можно было услышать в лесу. Было невероятно тихо, лишь изредка слышалось легкое шуршание листьев, птицы уже мирно спали, поэтому их не слыхать. Немезида задумалась о том, что все же рада знакомству с каждым из тех, кто сейчас был лагере, ну или почти был. Все равно эти люди достаточно добры, благородны и очень дружелюбны. В такую компанию не каждый день можно попасть, и девушка была рада, что однажды не отказалась помочь Гаире и пойти вместе с ней. Но каждую минуту, Немезида переживала за подругу, сейчас олимпийка была словно защитой для северянки. Не хотелось оставлять амазонку ни на секунду, ведь мало ли что может случиться. Римлянам богиня, конечно, могла доверять, ведь Гаира знает их не первый день, особенно Эмилия, но все равно. Как говорится - доверяй, но проверяй. И вдруг до ушей Немезиды донесся знакомый голос. Это был Антоний, который выкрикнул имя олимпийки и Валлы, при этом слышалось, что ему нужна помощь. В ту же секунду в голове богини Олимпа пронеслись самые ужасные мысли. А вдруг на лагерь вновь напали дикари? Вдруг все настолько плохо, что все ранены и уже лежат, ожидая смерти? «Да что со мной такое??», - девушка тряхнула головой и быстрым шагом направилась в сторону лагеря. Вершительница правосудия поняла, что все ее мысли были глупыми, ведь если бы дикари напали, она бы обязательно это услышала, у Немезиды такое ощущение опасности было хорошо развито. Вернувшись в лагерь, девушка сразу обратила внимание, что Антоний сидит и чем-то занимается, непонятно чем. И зачем тогда он звал на помощь? Было не ясно. Но подойдя еще ближе, олимпийка обратила внимание, что на земле лежит Тара, а нога ее находится в крови, при этом уже не красной, а какой-го темного цвета. Глаза Немезиды расширились, сердце забилось чаще, и девушка не думая подошла и упала на колени перед амазонкой, взяв ту за руку. - Тара, Тара..., - богиня перевела взгляд на Антония с таким переживательным, что могло показаться, что слезы сейчас просто автоматически польются из глаз. - Что произошло? Не зная почему, но девушке показалось, что всему виной была перепалка Тары и Антония несколько ранее, и внезапно в голову влетела мысль, что именно он мог причинить ей боль, ранив. Немезида мимолетом посмотрела на рану, затем дотронулась рукой до лба амазонки. Та была холодной, но одновременно и горячей. - Что ты наделал? , - не поворачиваясь в сторону мужчины, проговорила олимпийка, уже слегка нахмурившись. Она была уверена, что это он ранил Тару, несмотря на то, что та тоже не промах, но вдруг неловко оступилась или что-то в этом роде, что последовала за собой удар со стороны римлянина. Да и неважно уже как. Вершительница правосудия даже не думала о другой причине, ее мысли заняла только эта. - Тара, очнись, - словно умоляла Немезида. Целительными свойствами Немезида не обладала, хотя... Она ведь просто могла никогда не пользоваться этим даром, вдруг она на сомом деле умеет исцелять? Все боги вроде как имеют такую способность, чем хуже вершительница правосудия? Ничем. Просто сейчас Немезида до того растерялась, она испытывала ужасное волнение, и в то же время ненависть к римлянину, ведь уверенность в том, что во всем виноват именно он - еще не исчезла. [center]Антоний[/center]

Tara: Когда Антоний решительно взял ее на руки, у Тары не было сил даже на сопротивление. Будь она в более здравом состоянии и уме, амазонка, конечно же, начала бы сопротивляться и плеваться ядовитыми словами. Но сейчас она бездействовала и даже готова была благодарить его за оказанную помощь, ведь тащить ее на себе было наверно тяжело. Чтобы не соскользнуть и не упасть, воительница обняла римлянина за шею и положила голову ему на плечо. Мужчина в свою очередь тоже крепко прижал девушку к себе, отчего та почувствовала приятное тепло, исходящее от его тела. Практически в тут же секунду зеленоглазая красавица отключилась, но последней её мыслей было то, что достаточно приятно находится в его руках или даже объятиях. Тара была рада, что Антоний дал ей слово, что никому не расскажет об этом случае. И пускай его слова были в мягкой шуточной форме, сопровождаемые милой улыбкой, амазонка почему-то поверила ему с полной уверенностью. Хотя, это не в ее правилах. Сколько времени она провела без сознания, Тара не знала, но очнулась она от громкого зова Антония, который звал Немезиду и Валлу. Когда длинные ресницы амазонки дрогнули, и глаза медленно приоткрылись, темноволосая девушка обнаружила, что они пришли. В ту же секунду Антоний посадил ее на землю прямо возле костра. Тара даже не смогла усидеть, тут же упав полностью на землю. На секунду она прикрыла глаза, а потом, прогоняя навязчивую темноту, вновь распахнула их. Возле костра никого не было. Гаира, Эмилий, Валла и Немезида куда-то ушли. «Может, с ними что-то случилось?» - взволнованно подумала Тара, замечая, как Антоний вновь приближается к ней. Мужчина помог амазонке вновь принять сидячее положение, а затем осторожно коснулся пальцами ее лба. Воительница с ужасом осознала, что силуэт римлянина расплывается, а ведь он так близко. Тара тут же отвела глаза, но, почувствовав, жуткую тошноту прикрыла их вовсе. Антоний начал крутится возле костра, ставя на него котелок и наполняя его водой. Позже он вновь подошел к амазонке и вручил ей в руки флягу с водой, заставляя пить, даже если ей этого не хочется. Аргументировал он это тем, что организму Тары в ближайшее время понадобиться много жидкости. Воительнице на самом деле было плевать, что ее организму там требуется, она жутко хотела пить, поэтому тут же припала к открытой фляге и жадно начала глотать воду. К сожалению, напилась она достаточно быстро, но встретившись с хмурым взглядом Антония, начала заставлять себя пить воду вновь. Когда Тара почувствовала, что если сделает хотя бы еще один глоток, ее вывернет наизнанку, она отложила флягу в сторону. Брюнетка посмотрела на римлянина, они все еще были одни, а взгляд мужчины был настолько взволнованным, что амазонка сама начала за себя переживать. -Всё в порядке, мне уже лучше. С мягкой улыбкой соврала воительница, пытаясь хоть немного успокоить Антония. Ей совершенно не хотелось, чтобы он волновался за нее, переживал и пытался спасти. Может, ей и вовсе уже не помочь. Тара прикрыла глаза, вновь проваливаясь в эту жуткую темноту, которая так и пыталась обхватить ее своими цепкими лапами. Там было очень холодно, тело дрожало непроизвольно… Дыхание постепенно стало слабым. Сквозь эту темноту, амазонка почувствовала нежное прикосновение к руке, а затем дивный голос, который звал ее… Воительница хотела ответить, но голос и губы не слушались ее. Вокруг была только темнота. Больше Тара ничего не слышала. [center]Антоний или Эмилий[/center] Я думаю, есть смысл подправить очередность и поставить Антония либо после меня, либо после Эмилия, так как Немезиде нечего будет писать в своем посте, так как основном она обращается к Антонию, а ответа не получит.

Антоний: Судя по тому, с какой жадностью Тара пила из предложенной фляги, в его наставлениях она не нуждалась; тело амазонки само знало, что ему нужно в первую очередь. Что ж, по крайней мере, обезвоживание он предотвратил вовремя. Осталась малость – помочь ее организму справиться с ядом, но это проще сказать, чем сделать. Антоний с тревогой посмотрел на Тару, разумеется, ни на грош не поверив, что ей действительно стало лучше (с чего бы это? водой столь сильный яд из организма не вывести…), потом оглянулся. Если кто и слышал его зов, то не очень-то торопился на помощь. И чего это всем не спится? На приключения потянуло? Такое впечатление, что только он один считает, что бродить ночью здесь, так близко от поселений дикарей, – не самое умное занятие… Тем временем вода в котелке начал закипать. Антоний осторожно развернул цикламен и, стараясь не прикасаться к корню руками, начал мелко крошить его прямо в воду. За этим занятием его и застала Немезида. Девушка тут же бросилась к Таре, потом, заметив, что амазонка не в состояние отвечать на ее вопросы, переключилась на него: - Что ты наделал? Обвинение было настолько нелепым, что Антоний даже как-то растерялся в первый момент. - Ничего, - как мог спокойно ответил он. – Я ничего ей не сделал, наоборот, я пытаюсь помочь. Не тормоши ее, так ты ничего не добьешься. Просто побудь с ней, мне сейчас нужно отойти, и я бы очень не хотел оставлять ее одну в таком состояние. Антоний хотел, было, попросить Немезиду приглядеть и за варевом на костре, но потом передумал. За несколько минут ничего не случится, а больше ему и не потребуется. Он и правда вернулся очень быстро, буквально через пару минут с пучком поблескивающих от капелек воды трав. Бросил быстрый взгляд на девушек, убеждаясь, что ничего не изменилось, потом – на кипящий котелок на костре. Перемешал булькающую жидкость лезвием своего ножа, добавил несколько листьев из тех, что принес с собой. Разложил на выступающих из земли корнях деревьев длинную полосу ткани, судя по неровному краю – недавно оторванную от какого-то предмета одежды, сверху – часть принесенных трав, потом осторожно снял с огня котелок и, стараясь не дышать (ни к чему лишний раз вдыхать горечь цикламена), выплеснул сверху кипящий настой. А еще пару минут спустя, когда к приготовленная повязка остыла достаточно, чтобы к ней можно было прикоснуться, не рискуя обжечься, осторожно наложил ее на раненную ногу Тары. - Где-то часа через два нужно будет сменить повязку. Эти травы вытянут яд из ее крови, - пояснил он Немезиде, уверенным тоном человека, не только знающего, что он делает, но и не сомневающегося в результате. И мысленно добавил: «По крайней мере я на это надеюсь…» [center]Эмилий, Ваента[/center] да, очередность действительно стоит подправить, так будет целесообразней

Vaientaa: Ещё надеялась на Эмилия, но как видно.. Ваента услышала своё имя, верней это было не её имя, но девушка уже начала к нему привыкать. Неожиданно сзади снова послышался голос, Ваента, разворачиваясь рывком, всё ещё крепко сжимала нож. - Ждешь смены караула? …. Взгляд Гаиры блистал зелёным, Ваента зло поморщилась и буравила взглядом воительницу ещё долгие секунды. Именно Она убрала нож и не собиралась говорить ничего больше. Девушка развернулась и тихим шагом направилась к кострам. Остановившись на краю света она попыталась понять в чём дело. Все резко вернулись - и Антоний, и Немезида, и Тара. Финка хищно ухмыльнулась, продолжая стоять тихо, изучая обстановку. Кажется никто её не заметил. Антоний крутился у костра, а Немезида стояла над лежащей амазонкой. Сначала Ваента не увидела в этом ничего особенного, но потом поняла, что амазонке плохо. Подойдя чуть ближе Финка поняла в чём дело, но она не ринулась к людям, она пыталась понять - что же делает Антоний, что пытается наколдовать?. Оказалось повязку. Когда он приложил смоченную тряпку к ноге Тары, Ваента решила выйти. Надеюсь ты знаешь, что делаешь Ничего не говоря, девушка подошла к месту своего ночлега и взяла свою шерстяную накидку, которая валялась на земле. Аккуратно ступая подошла к спутникам и, всё так же ничего не говоря, накрыла раненую амазонку. На севере тоже встречалось много змей, дома бы Ваента вызвалась попробовать вылечить девушку и рассчитывала бы на успех, но здесь росли другие травы и деревья, поэтому было довольно трудно представить, из чего можно делать отвары. Ваента подумала секунду, в этот момент лицо её ничего не выражало - не удивления,не переживания, не растерянности, неспешно, она отцепила с цепочки на груди маленький обережек и вложила в руку Таре. Это маленькая металлическая плоская фигурка оленя, олени всегда почитались у финнов. Амазонки похожи на оленей, они такие же гордые и быстрые. Это дорогая вещь для Ваенты, и она надеялась вернуть её потом, но пока раненой девушке она, наверно важнее. Ваента последние два года надеялась, что северные боги не забыли её. Девушка, не обращая ни на кого внимания, села рядом с Тарой, взяла в свои руки её ладонь, в которой лежал оберег. Девушка не знала, поможет ли это как-то, но в своих богов следовало верить. Прикрыв глаза, она стала шептать. Häivytä pois myrkky, avaan silmäni. Brave soturit odottavat taisteluun. Ole nuolia nopeammin, rohkeampia tuuli on voimakkaampi kuin peto Nähdään uusi aurinko Ulos myrkky, tuo kirkkautta silmän Kuuma veri tulee takaisin sydämeen Hanki vahvempi kätesi, ajatuksiasi selvästi palata Heavenly Vanhin Ukko ja hallitsija myrskyjen Ilmarinen teiltä apua. Исчезай яд, открывай глаза. Смелого воина ждут битвы. Быть тебе быстрее стрелы, смелее ветра, сильнее зверя Смотреть тебе на новое солнце Уходи яд, верни яркость глаз Кровь горячая вернись в сердце Окрепнуть руке твоей, мыслям твоим в ясность вернуться Небесный старец Укко и властитель гроз Ильмаринен прошу вашей помощи.

Зена: ---------------НПС ГАИРА-------------- - Именно Так ответила Валла на вопрос королевы севера, и после своего ответа девушка, направилась в сторону костра. Гаира и Эмилий лишь молча, переглянулись, после так же направились в сторону костра. И по его достижению, внутри северянки все сжалось. Перед глазами раскрылась весьма впечатляющая картина. Немезида, Антоний и Валла склонились над телом Тары. С амазонкой явно, что-то случилось. Эмилий решил не создавать толпы, и присел немного в стороне. Девушке нужен покой, так думал он. Вместе с тем северянка, поспешила узнать, что случилось с Тарой. - Что произошло? – тихо спросила она глядя на окружающих. Валла, уже, что-то шептала, над телом амазонки, да и вопрос больше был адресован Немезиде и Антонию.

Немезида: Немезида невероятно сильно стала переживать за Тару, когда увидела Антония. Из головы до сих пор не могла выйти мысль, что он виновен во всем, что сейчас происходит, что именно он навредил Таре, а это его объяснение, где римлянин говорил, что наоборот помогает - лишь отговорка. В таких ситуациях часто начинают приходить на ум всякие мысли, которые по-настоящему глупо звучат, но, тем не менее, они ведь на чем-то основаны. Олимпийка очень удивилась, когда Антоний стал ей, как бы так мягко выразиться, приказывать. Немезида не привыкла слышать от смертных какие-либо указания, пусть даже они и были во благо. - Я тебя не тормошу!, - сидя около Тары, богиня обернулась к римлянину. - Я все равно до сих пор сомневаюсь, что ты не имеешь к этому никакого отношения! Девушка провела рукой по лицу амазонки. «Хоть бы с тобой все было в порядке», - подумала олимпийка, а сердце ее стало биться чаще от того же волнения. Спустя пару секунд, Немезида стала чувствовать какой-то странный запах и, обернувшись, богиня увидела, как Антоний варит отвар, по крайней мере, можно было предположить, что он занимается именно этим. Немезида вновь обернулась к Таре и убрала прядь волос с лица девушки, что упали на ее лицо. Амазонка все еще не приходила в себя и от этого становилось еще более страшно. Проявлять свои способности Немезида еще не спешила, хоть и хотела, но ведь кто знает, поможет ли это или нет. Девушка посмотрела на рану Тары, когда Антоний начал уже подходить, держа в руках какую-то тряпицу. Олимпийка попыталась его остановить, вытянув руку вперед и преграждая путь к ране Тары: - Стой, ты уверен, что это поможет?, - но потом вершительница правосудия подумала, что сейчас действительно «все средства хороши» и хуже уже быть не может. Хотя, нет, может, но такой вариант олимпийка исключила сразу же, не желая даже думать о смерти. - Где-то часа через два нужно будет сменить повязку. Эти травы вытянут яд из ее крови - Почему так долго, от чего не раньше?, - задала вопрос Немезида, серьезно оглядывая римлянина. Не дождавшись ответа, Немезида обратила внимание на Валлу, которая только что подошла и укрыла Тару какой-то накидкой. Богиня решила слегка отодвинуться, когда девушка стала что-то делать и говорить своеобразное то ли заклинание, то ли еще что-то, причем на другом языке. Перед этим она вложила в руку Тары своеобразную фигурку, Немезида не успела рассмотреть, что это было, да и сейчас это мало волновало. Поднявшись и отойдя на шаг, олимпийка стала наблюдать за действиями Валлы. «Может она лекарь?», - подумала про себя Немезида, надеясь на эту мысль. Теперь же олимпийка услышала какой-то шелест, это была Гаира, которая тоже решила вернуться. - Что произошло? Немезида обернулась в сторону северянки, после чего с переживательным взглядом на нее посмотрела: - Я не знаю, он принес ее, на ноге какой-то странный укус, похожий на змеиный, да, кажется, ее действительно укусила змея..., - после последней фразы, лицо олимпийки стало задумчивым. В это же мгновение, Немезида начала отбрасывать мысль о том, что в этом состоянии Тары виноват Антоний, что скорей всего он ее даже спас, а не подтолкнул ее на смерть.

Антоний: Антоний лишь фыркнул в ответ на заявление Немезиды, что она, якобы, сомневается в его непричастности к тому, что произошло. Если бы он не был столь сосредоточен на том, что делал, - а этого требовала элементарная осторожность, отравиться парами цикламена удовольствие ниже среднего, - то не преминул бы сказать что-нибудь едкое в ответ. Что, наверняка, спровоцировало бы новый виток дурацких подозрений и обвинений… Но если подобные высказывания он еще мог позволить себе пропускать мимо ушей, то попытку помешать ему, игнорировать уже было сложнее. - Стой, ты уверен, что это поможет? - Проклятье, женщина, если ты считаешь, что разбираешься во врачевание лучше меня – то сделай хоть что-нибудь сама, а если нет – то хотя бы не мешай мне! – раздраженно отозвался он и, не дожидаясь ответа, отмахнулся нетерпеливым жестом, вынуждая Немезиду убрать руку. Наложил повязку на ногу Тары, довольно туго замотал. Амазонка была без сознания и никак не отреагировала ни на его манипуляции, ни на их с Немезидой спор. И только после этого Антоний перевел взгляд на Немезиду и все-таки ответил и на ее второй вопрос: - Активированный цикламен начинает терять свои целебные свойства примерно через два-два с половиной часа. Он эффективен против яда большинства змей, обитающих в эти краях. Но ни один, даже самый сильный антидот не может гарантировать результата. Сейчас многое зависит от нее самой, - тут он кивнул в сторону Тары, - от ее силы, ее воли к жизни. И от реакции ее организма на цикламен, ведь порой противоядие не только не приносит пользы, но и вредит больше чем любой яд, но об этом, пожалуй, не стоит упоминать вслух. Если повезет, то все обойдется… Пока он объяснял, надо отметить уже куда более спокойным ровным голосом, в лагерь вернулись Валла и Гаира с Эмилием. Девочка-северянка тут же подошла к Таре, укрыла своей накидкой – Антоний мысленно одобрил этот ее жест, - и, вложив какой-то маленький продолговатый предмет в ее ладонь, что-то тихо зашептала. Антоний не разобрал, что именно, язык, на котором говорила Валла, был ему не знаком, но судя по интонациям и странному, непривычно-завораживающему ритму, это наверняка был какой-то северный заговор… От шепота Валы его отвлек голос Гаиры, вполне закономерно пожелавшей узнать, что же произошло. - Я не знаю, он принес ее, на ноге какой-то странный укус, похожий на змеиный, да, кажется, ее действительно укусила змея... – на мгновение опередив его, сказала Немезида. - Так и было, - лаконично подтвердил он. – Тара долго не возвращалась, и меня это обеспокоило, я ведь должен был сменить ее. Я отправился ее искать и нашел. Ее действительно укусила змея. Я немного разбираюсь в этом, и сделал все, что можно было сделать. Теперь остается только ждать… [center]Эмилий[/center]

Массовка: Эмилий не стал задавать лишних вопросов, ведь ситуация уже и так стала понятной. Укусы змей по своей различности и угрозе абсолютно разные, но генерал был уверен в том, что Антоний знает, что делает. Мужчина подошел к другу и положил руку, ему на плечо, слегка сжав его. Он пытался немного приободрить друга, который не смотря на то, что Тара являлась амазонкой и на их стычку не отказал ей в помощи, не бросил ее, и уж тем более не стал включать своеобразного «буку». Между тем Валла, что-то нашептывала, а Эмилий невольно следил за тем, как шевелились. Он даже замер на несколько секунд. Он уже где-то слышал этот язык, осталось только вспомнить где именно, ведь некоторые слова из сказанного девушкой он понимал. Однако, уловить общий смысл сказанного ему так и не удалось. Мужчина отметил про себя некоторые моменты, касательно Валлы, после чего немного отошел назад. Таре нужен воздух, ни к чему было толпиться возле нее, тем более, что Антоний уже сделал все самое необходимое, для спасения амазонки. Генерал уселся чуть вдали от всех, и задумчиво уставился на костер, пытаясь вспомнить от куда он знает язык это дикарки. [center]Ваента[/center]

Vaientaa: Она давно так длинно не говорила на своём языке и теперь, проговорив своеобразную молитву, отодвинулась от Тары и ушла в свои мысли. Имена богов напомнили Ваенте то, как вспоминали эти имена каждый день, каждый месяц, каждую зиму. Как просили люди тепла и то, чтоб хватило еды, а охотникам сопутствовала удача. Наклонив голову, девушка упиралась взглядом в траву перед собой, потом она перевела взгляд на цепочки у её груди, дома бы наряд сказал окружающим, что перед ними за человек. Все бы знали, что она уже не ребёнок, и значит - её даже можно сватать, такие цепочки позволено носить только девушкам, прошедшим своеобразный ритуал зрелости, испытание зимой, морем, охотой и рыбалкой. Но здесь, что здесь? Здесь все считали финку ребёнком, который ничего не умеет, а более всего - постоять за себя. Финке эти мысли не нравились, но она держала их при себе, как и всегда. Странно было видеть гордую амазонку беззащитно лежащей на земле, но, может благодаря этому в лагере потеплели взгляды - все теперь переживали за Тару и думали о ней. Не было времени на пустые ссоры, тем более, что сама амазонка была чаще всего их зачинщиком. Ваента не собиралась ничего предпринимать, она ещё помнила, как её оставили спящую одну, поэтому теперь твёрдо убедила себя, что больше не будет спать. Тем более, что рассвет был уже не за горами. Вокруг всё ещё было темно, но небо высоко-высоко над горизонтом стало светлеть. Девушка окинула взглядом окружающих - как же они были чужды ей: две амазонки, два солдата, взгляд одного из мужчин заставил девушку обернуться к нему ещё раз, это был Эмилий. Изучаешь меня, воин? с диковатым прищуром Ваента смотрела ему прямо в глаза. Что он мог о ней думать? Да что угодно! Новоиспечённая Валла недовольно поёжилась, а потом предпочла снова приглядеться к Таре. Та лежала неподвижно, перестала постанывать и, наверное, бредить, дыхание её стало ровным и тихим, как шелест прибрежных волн. Неужели полегчало? Уснула, наверно.. nukkua... mutta herää ('Спи, но просыпайся') -тихо мурлыкнула девушка, получше укрывая амазонку, пусть они и не были дружны, Ваента хотела только лучшего для неё. После северянка бесшумно встала и отошла от раненой, стараясь не потревожить её хрупкий сон. Взглянув ещё раз в медленно светлеющую высь, она пробежала взглядом по верхушкам деревьев, скоро нужно было звать бельчонка, если сам не прибежит, хватит уже, нагулялся. Подойдя к Антонию, как к главному из мужчин, Ваента подняла к нему болотного цвета глаза , негромко прошелестев: Вы уверены, что покинете нас на рассвете? И словно ненароком медленно проверила взглядом Тару. А потом девушку увлекла другая мысль и она обернулась к беременной женщине, так же негромко спросив: Гаира... а можно узнать, куда мы вообще идём?

Зена: --------------------------- НПС ГАИРА------------------------ Постепенно стало светать, хотя лучей солнца еще не было видно. Обстановка в лагере была спокойной и между тем, не определенной. Королева переживала за Тару, как за собственную дочь, с неподдельным интересом, женщина наблюдала за тем, как подымается грудь девушки от вдоха, и выдоха. Гаира ждала, пока та прейдет в себя, но пока этого не случалось. Немезида и Антоний находились непосредственно рядом с Тарой, Валла тоже поначалу сидела рядышком, а после какого-то легкого ритуала на неизвестном языке, девушка заботливо накрыла амазонку. Уголки губ, северянки немного дернулись. Ей было приятно видеть, что эта юная особо проявила заботу, по отношению к участнику их путешествия. Далее Валла задала вопрос мужчинам, а после и самой королеве северных амазонок. - Гаира... а можно узнать, куда мы вообще идём? Женщина повернула голову в сторону девушки. Она сталась быть как можно мягче, хотя внутри все бурлило от беспокойства. - Конечно, мы идем туда, где на горах лежит снег, где дуют холодные ветра, где каждый может слиться с природой – она слегка улыбнулась – мы едем в земли северных амазонок… Гаира еще не закончила свою речь, но в ближайших кустах послышался шорох, который врят ли можно было не заметить. Амазонка едва успела повернуть голову в сторону того самого места, как из кустов выскочила Эмарис с мечом в руках. Она довольно ловко оградила собой королеву от всех, кто находился рядом с ней. Глаза девушки блестели. - Уходите королева! Я задержу их! – звонко говорила та, стоя в позе атаке. Вот вот и она готова была кинуться на этих людей, ради безопасности Гаиры, однако сама северянка пребывала в шоке. - Эмарис…. - Ни говорите ни слова! Я помогу вам выбраться от сюда… Женщина выдохнула и демонстративно закатила глаза, после чего легко покачала головой. - Эмарис прекрати кидаться на людей, и сделай звук потише – раздался голос королевы из-за спины той, следом она сделала пару шагов и теперь уже стояла между Эмарис и своими спутниками – Здесь нет моих врагов, эти люди мои друзья, и перестань размахивать мечом без повода… - нравоучительный тон, северянки быстро привел Эмарис в себя, и та покорно опустила меч, но взглядом все еще контролировала всех находившихся рядом с Гаирой. - Что ты тут делаешь? – наконец спросила амазонка. - Простите королева…- собравшись с духом Эмарис продолжила – у меня не приятные вести – из сумки она достала кинжал и протянула его Гаире – это я вытащила из тела нашей сестры, ее убили несколько дней назад в нашем лесу. Королева взяла в руки кинжал, в ее глазах нельзя было прочесть ее мысли, хотя сердце стало биться несколько сильнее прежнего. - Римский нож? ! – возмутилась женщина и перевела взгляд на Антония и Эмилий в ожидании, что они могут пролить свет на эту темную историю. [center]Немезида\ Тара[/center]

Немезида: Наконец-то появилась настоящая надежда на то, что Тара выживет, и рана уже не будет ее беспокоить. Страх за амазонку постепенно начал исчезать, не до конца, но все же сердце Немезиды стало уже биться более спокойно, нежели несколько минут ранее, когда оно билось невероятно сильно. Как только Валла начала что-то тихонько шептать, видимо, по-настоящему заниматься исцелением, Немезида стала замечать, как лицо Тары хоть и не быстро, но все же начинает терять свою бледность и приобретало легкий розоватый цвет. «Неужели помогает??», - поражалась про себя богиня, наблюдая за каждым действием этой целительницы. Олимпийка стояла рядом с Гаирой, когда Антоний также решил подойти. Видимо, мужчина слышал все, что говорила Немезида, когда объясняла северянке, что произошло с Тарой и решил вставить свое слово. Радовало, что он согласился со всеми словами богини, да и, несмотря на это, еще решил более подробно описать произошедшее. Дослушав до конца, Немезида не выдержала и улыбнулась, а про себя подумала: «Ну прямо-таки герой, награды негде взять...» Через какое-то время, Валла закончила свое лечение, значит, Тара скоро придет в себя. Это радовало. Подтверждения всем этим надеждам пока что не было, но Немезида все равно уже была уверена, что амазонка выжила и оттолкнула смерть куда подальше. Валла подошла к Гаире и обратилась к амазонке, спрашивая, куда вообще будет прокладываться дальнейший путь. Но перед этим уточнила у Антония, покинут ли они компанию на рассвете. - И вправду, вы говорили, что на рассвете вас с нами уже не будет, намерены сдержать свое обещание?, - улыбнулась Немезида, словно уже отвечала за мужчин, что да, конечно, выполнят. Но тут уже Немезида не стала дожидаться ответа, она вновь обернулась к Гаире, когда та сказала, что путь лежит к землям северных амазонок. Олимпийка не очень хотела двигаться в этот путь, с амазонками Немезида никогда не связывалась, они ей были не интересны, да и жертвами в списке не являлись, так что смысл идти туда, где тебя не ждут и где ты совершенно не нужна? Ну, ради Гаиры все же придется пойти, мало ли... Мужчины уйдут, наверное, уйдут... Значит, защитить беременную амазонку нужно любыми путями, если кто-нибудь вновь захочет напасть. Внезапно, олимпийка услышала шорох и в ту же секунду, обернувшись, девушка увидела какую-то воительницу, которая смахивала на амазонку. Она выскочила из-за кустов и встала перед Гаирой, выставив перед собой меч и выкрикивая, чтобы королева уходила, а сама эта особа задержит всех присутствующих. Немезида даже сообразить не успела, как сама автоматически достала лук, стрелу и в ту же секунду она уже стояла напротив новоприбывшей и целилась прямо ей в сердце. - Отойди от нее!, - все действия и слова вылетали сами с собой. Немезида даже предположить не могла, что и она, и эта незнакомка на самом деле защищают одного и того же человека. Благо, Гаира взяла борозды правления в свои руки и утихомирила свою, как теперь стало ясно знакомую. Иначе, вполне возможно, что Немезида выстрелила бы в амазонку, чтобы спасти Гаиру, непонятно от чего. Ну, ничего, в таких ситуациях и сообразить особо-то не успеешь, кто враг, кто друг, поэтому богиня действовала просто по привычке. Как только незнакомка, которую звали Эмарис, стала опускать свое оружие, Немезида решила тоже начать убирать свой лук, но она лишь опустила его, ведь кто знает, может опасность еще подстерегает компанию. Держа лук и стрелу на уровне бедер, Немезида оглядывала «новенькую». Довольно привлекательная особа, сильна, раз может так ловко держать меч, но одета как амазонка, так что ничего особенного. Она стала протягивать какой-то предмет Гаире и как только северянка разглядела его, она выкрикнула только одно. - Римский нож? ! Вершительница правосудия посерьезнела, когда узнала, что этим ножом была убита амазонка из племени Гаиры. Как и королева, Немезида сразу же обернулась в сторону римских мужчин. «Как знала, что им не стоит верить до конца...», -подумала про себя Немезида и стала яростно смотреть на Антония и Эмилия. [center]Тара[/center] Зен, установи правильную очередность, ну ни капли не понятно, кто и когда пишет...

Tara: Тара провалилась в темноту и всеми силами пыталась с ней бороться. Такой битвы у нее никогда не было, но амазонка намеривалась поставить свой личный рекорд и победить не побеждаемое. Почему в темноте всегда так страшно? Ты вроде осознаешь, что вокруг все тоже самое, что и при свете, но почему-то отсутствие этого самого света делает тебя слепым котенком, рождает кошмары и чудовищ, которые придумал твой собственный страх. Тара понимала, что если она прекратит бороться, то исчезнет навсегда… Сделав шаг во тьму, ты уже никогда не сможешь вернуться. А она хотела вернуться, хотела снова увидеть свет и ощутить его приятное тепло на коже. Она просто хотела жить… Чьи-то цепкие руки обхватывали запястье и тянули в непроглядную мглу. Амазонка сопротивлялась и кричала, пыталась бороться, но стоило ей лишь попытаться схватить руку тени, как та растворялась в ее пальцах. Она убегала и спотыкалась обо что-то твердое… Падала и снова упрямо вставала, тут же принималась бежать. Казалось, это длилось бесконечно. Замкнутый круг, который не разорвать. Перед глазами прямо во тьме возникали два огромных глаза с вертикальными и узкими зрачками. Появлялся тонкий, раздвоенный язык, а уши отчетливо слышали шипение. А потом этот образ исчезал, просто растворялся, как дым. Силы кончились, больше не хотелось бороться. Тара упала на колени и согнулась от собственной безвыходности. Хрупкие плечи содрогнулись от рыдания, щеки стали влажными от слез. Тишина… Такая громкая и звонкая, хочется разорвать ее криком, но нет сил. Воительница готова была сдаться, уйти за зовущей тьмой и просто перестать дышать. Однако внезапно она услышала голос… приятный женский голос, такой нежный и ласкающий слух… Он что-то шептал, однако Тара ничего не понимала, слова ей были не знакомы. Но почему-то амазонка отчетливо чувствовала в них защиту и силу, словно это было спасательным кругом, рукой протянутой в беде… Девушка медленно подняла голову и стала осматриваться в поисках той, что шептала эти слова… Ее не было, был лишь голос. Но и он вскоре затих. Рана на ноге защипала, и брюнетка тут же перевела растерянный взгляд на нее. Две маленькие дырочки, оставленные змеей, засветились алым цветом и прямо на глазах стали затягиваться. Тара осторожно провела пальцами по тому месту, где секунду назад была смертельная рана, сейчас же мягкие подушечки чувствовали ровный бархат кожи. Яркий луч света разорвал тьму, заставляя ту с визгом уползать в доступные углы. Амазонка зажмурилась, ослепленная яркой вспышкой, и прикрыла лицо тыльной стороной ладони. Свет становился больше, заполняя собой необъятное пространство. И наконец, он победил. Тьма полностью исчезла… Длинные ресницы дрогнули, и Тара медленно приоткрыла глаза. Поначалу все расплылось и превратилось в разноцветную массу красок. А потом все же резкость преобладала и постепенно амазонка начала различать предметы. Кажется, был рассвет. Новорожденное солнце заливало своим красноватым светом землю, пробуждая природу. Догорал костер, потрескивая уже совершенно сгоревшими поленьями. И слышались тихие голоса друзей. Да, теперь Тара со смелостью могла сказать, что у нее есть друзья. Они не оставили девушку в беде, а наоборот, протянули ей руку помощи. Правда, сейчас никто не обращал внимания на амазонку, все щебетали о каком-то римском ноже. Воительница не предала этому большое значение, не хотелось о чем-то думать. Тара слегка пошевелилась, так как тело ужасно затекло в одной позе, и тут же обнаружила, что ее пальцы что-то сжимают. Девушка поднесла руку к лицу и слегка хмурясь, разжала ладонь, придерживая пальцами не известный предмет. Покрутив его перед глазами, воительница поняла, что это маленькая плоская фигурка оленя, вот только откуда она у нее? Взгляд амазонки скользнул по Немезиде, которая прытко вытащила лук и стрелу и уже на кого-то направляла. В голове у Тары всё путалось и соображала она плохо. Сморщив носик, девушка коснулась того места, где у нее должна была быть рана. Но вместо этого она наткнулась на какую-то перевязку. Изогнув брови, амазонка оценила скорость друзей на помощь. Еще девушку удивило то, что ее кто-то накрыл шалью, заботливо пытаясь уберечь от холода. С одной стороны, очень льстило, что с Тарой обращались как с ребенком и делали все возможное, чтобы она выжила, но с другой стороны, сама амазонка ужасно стыдилась того, что оказалась такой слабой и безпомощной. -Простите, можно мне глоток воды… Охрипшим голосом и почти шепотом проговорила девушка. Она приподнялась на локтях и облизнула пересохшие губы, в горле у нее совсем было сухо и жутко хотелось пить. Тара все еще чувствовала слабость в теле, но в тоже время ощущала, как с каждой минутой к ней возвращаются силы. Обведя взглядом компанию, воительница заметила незнакомую ей девушку. Рыжие волосы, круглые глаза, маленький носик и тонкие губы. На лицо она была симпатична и даже мила. Телосложение женственное и хрупкое, однако, одежда и меч в руках говорили о ее принадлежности, если не к амазонкам, то к воительницам точно. Странно, что Немезида наводит на нее стрелу, а незнакомка защищает собой Гаиру. «Что вообще происходит? Черт, кажется, я пропустила много интересного!» - с улыбкой подумала зеленоглазая красавица, продолжая взглядом изучать незнакомку. – «Пора возвращаться в прежнею колею» Найдя более менее удобное положение, Тара внимательно посмотрела ни девушку и спросила у всех. -Кто это? [center]Антоний[/center]

Антоний: Удивительно, насколько по разному может прозвучать один и тот же вопрос! И Валла, и Немезида по сути спрашивали его об одном и том же, но если в тоне Валлы отчетливо прозвучала тревога за Тару и робкий, хоть и справедливый намек на то, что оставлять в таком состояние девушку, нуждающуюся в его помощи, по меньшей мере безответственно, то Немезиде, похоже, просто хотелось от них избавиться. По крайней мере, так это выглядело со стороны. И хотя Тара пока не приходила в себя, Антоний надеялся, что в ближайшее время ее состояние прояснится. Но, как бы то ни было, позволить себе ждать этого слишком долго он не мог. У него не так уж много времени чтобы тратить его впустую. - О да, уверен, - ответил он Валле и, повернувшись к Немезиде, добавил: - Я никогда не нарушаю слово без веских на то причин, а их у меня нет. Вряд ли нам по пути. Тем временем Гаира сообщила, что они направляются в земли северных амазонок. На север. А Фарсал - на востоке, и, значит, их пути неизбежно должны разойтись... Чего и следовало ожидать. - А нам на восток, - задумчиво произнес он. Внезапно ему пришло в голову, что Гаира, будучи королевой амазонок, вполне может знать то, что его интересует. Римские легионы обычно не остаются незамеченными. Интересно, Эмилий уже спрашивал ее об этом или его этой ночью больше занимало прошлое, а не настоящее? Антоний смерил друга внимательным взглядом, словно надеясь прочитать его мысли, но безуспешно. Так и не придя ни к какому выводу, он перевел взгляд на Гаиру и уже хотел было просто спросить, как вдруг из кустов выскочила девушка. Молодая, растрепанная и вооруженная до зубов. Ладонь машинально легла на рукоять меча, но его клинок так и остался в ножнах - не в меру прыткая незнакомка оказалась незнакомкой лишь для него. И для Немезиды, тут же схватившейся за оружие. Но Гаира знала эту амазонку и, похоже, знала хорошо, так что конфликт погас прежде чем девушки успели сцепиться всерьез. Антоний слабо улыбнулся - уж больно забавен был и нравоучительный тон Гаиры, отчитавшей новоприбывшую как непослушное дитя, и выражение лица Эмарис, послушно внимающей ее словам. Но его улыбка быстро погасла, стоило только Эмарис сообщить свои известия. - Римский? – переспросил он, почти одновременно с Немезидой. Яростный взгляд девушки не остался незамеченным, а ее готовность обвинять его во всех смертных грехах, даже не потрудившись разобраться, начинала действовать ему на нервы. - Не надо так на меня смотреть! Несколько дней назад мы оба были в Афинах, и полгорода может это подтвердить. Конечно, насчет полгорода Антоний загнул, но это неожиданное, пусть так и не высказанное вслух обвинение, выбило его из седла, вынудив защищаться. – Можно посмотреть? Он подошел к Гаире, осторожно взял кинжал из ее ладоней. Покрутил в руках, оценивая баланс, провел пальцем по лезвию. Да, кинжал был, определенно, римским, солдатским, и с одинаковым успехом мог принадлежать как простому легионеру, так и высокопоставленному офицеру. У него самого когда-то был похожий – остался в Риме, у Брута, как трофей, символ его нечестной победы. И все же были и отличия. Немного длиннее лезвие, чуть тяжелее рукоять, смутно знакомый символ у основания клинка. Антоний прищурился, пытаясь вспомнить где же он раньше видел этот оружейный знак, но вспомнить не получалось… - Это действительно римское оружие, - неохотно признал он после недолгой паузы. – Но сделано оно было не в Риме. Я не уверен, но, кажется, это испанское клеймо, – тут он бросил многозначительный взгляд на Эмилия и передал ему кинжал рукоятью вперед. - Эмилий, посмотри, я прав? Антоний честно старался держать лицо нейтральным, прекрасно отдавая себе отчет, что радости в такой момент ему не простят. Но он был рад. Потому что кинжал в его руках был железным доказательством присутствия здесь его соотечественников, причем присутствия совсем недавнего. Это не остывший за четыре год след, что он рассчитывал найти в Фарсале, это гораздо лучше. И если он прав насчет происхождения этого клинка… То он должен, обязан принадлежать человеку, служившему в одном из испанских легионов Помпея, профессиональном ядре его армии. И его обязательно нужно найти, ведь он может подсказать ему где искать остальных. Слабый голос Тары, наконец-то пришедшей в себя, заставил его вернуться к реальности. Мало просто найти этого человека, нужно найти его раньше амазонок, но шансов на это немного. Амазонок больше и они намного лучше него самого знают эти места. Он не сможет их опередить, разве что чудом, но рассчитывать на это было бы по меньшей мере опрометчиво. А значит, он должен… - Гаира, нужно найти этого человека. Если он виновен, то ответит за то, что сделал по закону, но прежде… Прежде я должен с ним поговорить. [center]Эмилий[/center]

Массовка: Все было спокойно до тех пор, пока из кустов не выскочила какая-то девушка. Она была очень агрессивно настроена ко всем, ко всем кроме Гаиры, Немезида тут же среагировала на выпад молодой амазонки, которая пыталась защитить свою королеву ( об этом Эмилий узнал позже). И пока девушки не схватились королева севера смогла утихомирить свою младшую сестру. Что ж, это было весьма кстати, учитывая, что вся компания за ночь совершенно не отдохнула. Между тем вновь прибывшая девушка сообщила о том, что на их соплеменницу напали, и судя по доказательствам это были никто иные, как римляне. Гаира задала весьма ожидаемый вопрос, после того, как выяснилось, принадлежность кинжала к Риму. И к кому, как ни к ним с Антонием ей обратиться? Антоний первым решил исследовать оружие, полученное из рук амазонки. - Это действительно римское оружие, но сделано оно было не в Риме. Я не уверен, но, кажется, это испанское клеймо. Эмилий, посмотри, я прав? Генерал подошел к другу, и нехотя опустил глаза на клинок. Он несколько секунд просто молча смотрел на оружие, после чего осторожно взял его в руки. На лицо Эмилий был совершенно спокоен, хотя в глубине души, что-то екнуло. - Эмм – слегла робко, и между тем тихо произнес он – ты конечно, прав в том, что нож с испанским клеймом, однако я знаю хозяина этого оружия. – мужчина поднял глаза на Гаиру, и после еще секундного молчания, он наконец произнес – Хозяин этого оружия я – звучало словно приговор. Девушка, что совершенно не давно присоединилась к их компании тут же приставила меч к горлу генерала. - Ты умрешь за свою дерзость пес!? – рычала та. Но Эмилий и не собирался оправдываться, он лишь решил пояснить ситуацию. - Гаира – начал он, пока королева не достала свой меч, ведь по их закону преступник должен умереть за свое деяние – Это мой нож, но еще несколько недель назад я оставил его в Афинах, в доме из которого мы бежали вместе с Антонием – далее взгляд генерала был адресован Эмилию – Боюсь, что Брут узнал о нашем бегстве и теперь намерен мстить – вновь перевел взгляд в сторону королевы. Мужчина присел на одно колено перед женщиной и протянув ей клинок произнес – Решение за тобой королева, но я не виновен об этом знаю лишь я и Брут, который использовал некогда принадлежавший мне клинок. Но я готов понести наказание, за то, что это оружие принесло горе на твое землю, и если ты позволишь я готов бороться за племя амазонок, с собственным народом, ради твоего прощения. – речь была искренняя и вместе с тем не громкая, дабы не разбудить, раненную Тару. Но девушка очнулась, как раз в тот момент, когда Эмилий закончил свою речь. [center]Ваента[/center]

Vaientaa: Право не такой ответ хотела услышать девушка от римлянина. Ну что ж, очень благородно оставлять беременную, раненую, ребёнка ( как они тут все считают ) и амазонку.Но раз уж дела важнее. Гаира больше порадовала ответом, когда финка услышала про снег, глаза её ярко заблистали. Снег, такой родной. холодный, пушистый и мягкий, как давно она не видела его, как давно не дышала морозной прохладой. А большинство из них.. вообще видели снег. Ну.. в Риме снег,наверное иногда бывает ... Невесть откуда взялась растрёпанная девушка, которая несла какую-то белиберду. Ваента вообще ничего не поняла, но видимо не она одна. Мгновенный лук Немезиды тут же взял девушку на прицел, финка даже в удивлении подняла брови от молниеносной реакции лучницы, она поразилась, как же амазонок хорошо учат. Сама же Ваента просто замерла на месте, дабы никто и тем более та экспрессивная особа, вынырнувшая из леса не зацикливались на ней. Вскоре девушка поняла, что её тут никто, вроде бы, убивать не собирается, что несомненно радовало. Пока народ разбирался - кто они все друг другу, девушка серой тенью прошмыгнула из круга напряжения, и обернулась к компании, когда была уже на полпути к Таре. У статуса ребёнка определённо есть плюсы! Странная, очень странная ситуация возникла, какая-то девушка, какой-то нож, и всё, видимо серьёзно. Однако финка нашла и поводы для веселья - Эмилий вдруг разговорился, не думала она что он может делать с таким азартом, с таким убеждением оправдываться, конечно понятно что не он успел перерезать тут всю округу, а потом мило беседовать с королевой амазонок, которая конечно же ничего не узнает. Бред полнейший. Лежащая амазонка тихо и хрипло попросила воды, Ваента, пряча диковатую улыбку, направилась к ней. Приблизившись к Таре, девушка сделала жест ладонью вперёд, говорящий о том, чтоб она не пыталась подниматься дальше. потому как удивительно, но она пыталась подняться, осматривалась весьма разумным взглядом. Олень бы сам позавидовал такой сильной жизни в этом теле. Недалеко в траве нашлась и фляга с водой, которой поил амазонку ещё Антоний. Девушка передала флягу Таре, а сама опустилась на землю рядом, лицом к весёлой компании, которая кажется не обратила внимание ни на отлучку Валлы, ни на шёпот Тары. Между темноволосая амазонка всё ещё пыталась, видимо, понять, что же творится вокруг. -Кто это? наконец-то спросила она. Валла, конечно, могла бы ответить, то, что думала, но как то говорить, чо вокруг творится байда, в которой она ничего не понимает - не хотелось. Пусть неуместно было сейчас улыбаться, но Ваента не могла ничего с собой поделать, обернувшись к Таре, она просто пожала плечами и отвернулась обратно. Как раз в это момент в ветвях что-то зацокало и бельчонок, со скоростью маленькой рыжей молнии, мчался, перепрыгивая с одного дерева на другое. Ваента даже успела запереживать - он появился так неожиданно, что как бы кто, например Немезида,машинально не стряхнули бы его с ветки быстрой стрелой. Но нет, благополучно описав полукруг по деревьям, а потом спустившись по стволу одного из них,Тотта определил местонахождение хозяйки и побежал к ней. Ваента встретила маленького друга раскрытыми ладонями, подняла его с земли, поводила носом по мягкой шкурке. Финка не амазонка и не римский солдат, поэтому ощущала себя вне конфликта, который назревал неподалёку.

Зена: ---------------------------------------НПС ГАИРА-------------------------------------- Вся поляна отреагировала довольно резко на выходку Эмарис, оно и понятно...Какая-то взъерошенная девушка, выскакивает из кустов и начинает бросаться на всех с оружием. Слава богу у Эмарис хватило ума не спорить с Гаирой, а принять то, что сказала ей королева. Однако сообщение о нападении да еще и с римской стороны, вызвали массу негативных эмоций у северянки, на , что соответственно она отреагировала должным образом. Антоний не стал мешкать, и тут же взял оружие, чтобы осмотреть его, после чего сделал несколько умозаключений, и дабы удостовериться в них, спросил мнение Эмилия. Гаира с нетерпением ждала, пока генерал прояснит ситуацию, и каково было ее удивление, когда мужчина признался, что нож его. Хотя тут же поспешил уточнить некоторые моменты относительно того, что рассказала Эмарис. Да нож был когда-то его, но сейчас он был оружием убийства, одной из сестер Гаиры. Эмилий, как никто был знаком с законами тех земель и потому, приземлившись на колени произнес свои последние слова, от которых и зависела его жизнь. – Решение за тобой королева, но я не виновен об этом знаю лишь я и Брут, который использовал некогда принадлежавший мне клинок. Но я готов понести наказание, за то, что это оружие принесло горе на твое землю, и если ты позволишь я готов бороться за племя амазонок, с собственным народом, ради твоего прощения. Королева не на шутку была зла, но между тем, умом понимала, что Эмарис нашла ее спустя пару-тройку дней, а следовательно Эмилий просто физически не мог бы совершить убийство. Но мужчина был прав в том, что его оружие принесло смерть на земли северянки. На несколько секунд амазонка задумалась. Как раз в тот момент из-за спины раздался голос Тары. - Слава Артемиде она очнулась... - подумала про себя Гаира, повернув голову в сторону девушки. Рядом с Тарой, немного робко сидела Валла, которая по всей видимости была довольна ответом Гаиры на ее вопрос, относительно "куда они идут". По глазам той, было понятно, что девушке интересна данная ситуация, а главное ее исход. Оно и понятно, не каждый день наблюдает такое....Взгляд королевы медленно прошелся от Валлы, к Таре, которой уже подали воды, а затем и на Немезиду. Богиня явно была в напряжении. Не смотря на то, что она опустила свой лук, он все еще находился в ее руках, что говорило о ее готовности пустить стрелу в грудь Эмарис. - Обойдем без убийства - тихо сказала она, но фраза была адресована не только Немезиде, а всем находящимся на поляне. Выдохнув королева вновь посмотрела на Тару. - Я рада, что ты пришла в себя - улыбнулась северянка, после чего посчитала нужным ответить на вопрос, что эта за новенькая девушка стоящая посреди них и выискивающая врагов среди друзей королевы. - Это Эмарис, одна из моих сестер, она не причин вам вреда - перевела взгляд на девушку - Верно? И та робко кивнула головой, нехотя убирая меч за спину. - Ну вот и отлично, теперь к делу - она посмотрела на Эмилия, что так покорно сидел подле ее ног - Встань мой друг, я знаю, что ты бы ни за что не посягнул на жизнь моих сестер, но ты прав в одном, убийца заслуживает наказания... - в глазах горел огонь ярости, адресованной еще пока не известному врагу. - Я готова принять вашу помощь, лишь потому, что этого врага вы знаете лично, с нашими силами и вашими знаниями я смогу отомстить за смерть сестры, и восстановить справедливость - она говорила, как Эмилию так и Антонию. Гаира подошла к Немезиде. - Не знаю отправишься ли ты со мной, мне бы хотелось, но просить об этом не имею права. У тебя ведь и свои дела есть, поэтому, если ты решишь, что тебе пора, просто скажи мне об этом - она улыбнулась уголком губы. [center]Немезида[/center]

Немезида: Девушка улыбалась про себя, когда чувствовала напряжение со стороны Антония. Как-то Немезида стала к нему непонятно относится, он ведь вроде хороший человек, добрый, помог Таре, что тоже немало важно, а богиня все равно воспринимает каждое его слово в штыки, сама не замечая этого. Ну, может и не обидится, не маленький. Все Олимпийцы такие, иногда можно и самой вершительнице правосудия проявить характер, который обычно отталкивает. Реакцию Немезиды на Эмарис заметили все, так как в какой-то степени следили за действиями лучницы, что все еще держала свое оружие в руках. Но Немезида не собиралась стрелять, раз эта девушка как-то связана с Гаирой, то убивать ее, обрекая на мучения - нет смысла. Кстати о мучениях, Тара наконец-то пришла в себя. Олимпийка услышала ее тихий и хриплый голос, который просил воды, а после спрашивал кто это, намекая на Эмарис. Богиня не двинулась с места, лишь слегка обернулась в сторону амазонки, да и все равно к ней уже подошла Валла, так что толпиться около Тары не стоило, тем более она только недавно «вернулась». Пока практически все присутствующие осматривали это римское оружие, что принесла с собою новенькая амазонка, Немезида смотрела на Эмарис, все также изучая ее. Но фраза Гаиры моментально отвлекла богиню от переглядки с Эмарис. - Обойдем без убийства В долю секунды Немезида улыбнулась, но после ее взгляд вновь приобрел серьезное выражение. Как только Эмарис убрала свое оружие, олимпийка решила убрать и свое, но все также с осторожностью Этой амазонке она пока что доверять не собиралась. Повернувшись назад и уже убирая стрелу в колчан, так как лук девушка уже перекинула через плечо, она резко подняла взгляд на Гаиру, что подошла к ней и задала довольно-таки важный и серьезный вопрос. - Не знаю отправишься ли ты со мной, мне бы хотелось, но просить об этом не имею права. У тебя ведь и свои дела есть, поэтому, если ты решишь, что тебе пора, просто скажи мне об этом Все это время олимпийка очень внимательно смотрела на северянку, но как только пришло время отвечать, Немезида замешкалась. Она стояла и изредка отводила взгляд от своей подруги, думая, что бы ответить, ведь все это время богиню терзали сомнения - оставаться или нет. Сейчас пришло время решить это окончательно. Немезида хотела извиниться, сказать действительно прости и улететь, объяснив это своей занятостью, но не смогла. Она почувствовала, что нужна Гаире, и именно сейчас северянка нуждается в ней больше, чем когда-либо: - На самом деле я сначала хотела покинуть тебя и всех остальных, так как такой наземный образ жизни не для меня, я так не привыкла, но..., - девушка замолчала, но потом продолжила. - Одна из твоих сестер убита, а значит, я не могу так просто бросить тебя и оставить в опасности, если такова будет у тебя на пути. И, как ты уже сказала, нужно отомстить и восстановить справедливость, а это по моей части, - закончив, Немезида искренне улыбнулась подруге, после чего подошла ближе и обняла ее. - Я отправлюсь с тобой, - отойдя на шаг и уже держа амазонку за плечи, Немезида просто смотрела на нее. Обернувшись в сторону Тары, Немезида еще больше стала улыбаться, слегка подшучивая над амазонкой: - Ну как там наверху? С возвращением!, - олимпийка говорила добродушно, не желая вызывать у Тары какое-то отвращение к себе. И, несмотря на то, что сейчас вершительница правосудия взвешивала все плюсы и минусы из того, что согласилась отправиться с Гаирой, она все также не показывала виду. [center]Тара[/center]

Tara: В один момент Таре просто напросто показалось, что она очень не вовремя пришла в себя. Практически никто не отреагировал на ее чудесное выздоровление, а точнее возврат из того мира. Сейчас амазонка была слаба, но старалась это скрыть, хоть и не побоялась попросить воды, да спросить, что происходит. Однако практически никто не обратил на нее внимания, лишь все удостоили странными взглядами и вновь заговорили о своих важных делах. Признаться честно, воительницу это слегка зацепило, и она поджала губы. Самолюбие было задето, но может это от того, что Тара не понимала всю серьезность произошедшей ситуации. В любом случае, она решила, что раз ее игнорируют и не обращают на нее внимания, то и она не будет лезть. Не в первой. Однако в этой шумной компании всё же была одна личность, которая не оставила без внимания приход амазонки в чувства, ее просьбу о воде и вопрос о странной рыжеволосой девушке. Валла. С самого начала они с Тарой не сильно сдружились, но что поделаешь, первое впечатление очень часто бывает обманчивым. Вот только друг познается в беде. Валла единственная, кто отреагировала на просьбу воительницы о воде и тут же подала ей флягу, пытаясь скрыть странную улыбку. Брюнетка, конечно, пока не считала малознакомую девушку своей подругой, но уже начала делать выводы. Приняв флягу, амазонка слабо улыбнулась и поблагодарила Валлу. -Спасибо... Слегка хрипловатый и тихий голос говорил о слабости зеленоглазой красавицы, но она была куда сильнее, чем казалось. Припав к фляге, Тара сделала пару небольших глотков, после чего отложила сосуд в сторону. Жажда была утолена, а вот интерес пока нет. И тут Валла пришла на помощь. Конечно, путного ответа она не дала, а лишь пожала плечами, говоря, что не знает, кто это рыжая, но Валла хоть отреагировала на вопрос Тары, в отличие от остальных. Тяжело вздохнув, амазонка перевела взгляд на Гаиру и встретилась с ней взглядом. Северянка улыбчиво сообщила о своей радости по поводу возвращения брюнетки и объяснила, что рыжую красавицу зовут Эмарис и она одна из ее амазонок. Брюнетка кивнула и улыбнулась уголками губ, благодаря за разъяснение, а заодно говоря, что ей приятно познакомиться с еще одной амазонкой. Встречать своих всегда приятно, пускай и из других племен. Тем более что в Эмарис чувствовался тот же огонь, что пылал и в Таре. Дальше брюнетка полностью обратилась в слух, она хотела разобраться в ситуации, понять всё, что пропустила и не собиралась отступать. Из коротких фраз, она поняла, что Эмарис принесла с собой римский нож, которым были убиты сестры Гаиры, т.е. амазонки ее племени. Судя по всему, нож принадлежал Эмилию, и пока Тара была без сознания, он пытался оправдаться. Северянка не стала обвинять римлянина в смерти своих сестер, более того, она решила принять их помощь в поисках убийцы, чтобы наказать и восстановить справедливость. Зеленоглазая амазонка хмурилась, слушая всё это. Впервые, казалось бы, она промолчала. Теперь Тара не была против римлян и того, чтобы они шли вместе с амазонками. Это была ее благодарность за спасение от смерти. Благодарность в виде молчания. Гаира подошла к Немезиде и девушки начали тихо о чем-то говорить. С губ брюнетки вновь сорвался тяжелый вздох, после чего она перевела взгляд на маленькую фигурку оленя, что всё еще держала в руках. Так как Валла была рядом, Тара решила обратиться именно к ней. По крайне мере, она единственная, кто уделяла амазонке хоть какое-то внимание. -Ты не знаешь чье это и как попало ко мне в руки? Осторожно спросила девушка и подняла взор зеленых глаз на Валлу. Краем глаза, Тара увидела как Гаира и Немезида обнялись, и тут же перевела взгляд на них. Богиня справедливости тут же обернулась и амазонка не могла не заметить счастья в ее глазах, что блестела на улыбке ее губ. Вершительница правосудия, шутя, спросила Тару, как там наверху и поздравила с возвращением. Воительница мягко улыбнулась, благодаря ту кивком и добродушно ответила: -Мне кажется, что я была внизу, а не наверху. [center] Антоний[/center]

Антоний: Да, признаться, такого поворота Антоний не ожидал. Искать хозяина этого злосчастного кинжала не понадобилось – им оказался Эмилий, умудрившийся всего несколькими словами погасить его надежду и энтузиазм. То, что он принял было за след, оказалось тупиком. Брут даже из Рима сумел спутать им все карты, и если бы не давняя дружба Эмилия и Гаиры, лишь Мойры знают, чем могла обернуться для генерала эта его исповедь. Реакция молодой амазонки была весьма красноречива… Антоний скрипнул зубами, но все-таки сдержался, не став встревать между Эмилием и Эмарис, хотя первым порывом было именно желание его защитить. Тем более, что сам Эмилий защищаться явно не собирался. Но Антоний видел, что без одобрения Гаиры Эмарис не посмеет тронуть Эмилия, а Гаира этого не одобрит, или он совершенно не разбирается в людях. Так и оказалось. «Обойдемся без убийства» – мягко сказала Гаира, разряжая обстановку и вынуждая и Эмарис, и Немезиду, все еще державшую наготове свой лук, опустить оружие. Антоний бесшумно выдохнул и, обнаружив, что все это время машинально сжимал рукоять пусть так и оставшегося в ножнах меча, заставил себя разжать пальцы. Интересно, он когда-нибудь перестанет чуть что хвататься за оружие? Что-то подсказывало – вряд ли. Дальнейшие слова Гаиры заставили его нахмуриться. Королева амазонок ничуть не сомневалась, что они последуют за ней, а заявление Эмилия о его готовности сражаться с амазонками против собственного народа не оставляли ему выбора. Антоний не мог его бросить. Хотя бы потому, что это с таким же успехом мог быть его собственный клинок… Что, впрочем, отнюдь не означало, что ему нравилась сложившаяся ситуация. Вовсе нет. Антоний предпочел бы сосредоточиться на поисках, что привели его в эти края, вместо того чтобы тратить время на войну с людьми Брута, но выбирать не приходилось. От "хвоста" необходимо избавиться, а сделать это с помощью горящих жаждой мести амазонок будет гораздо проще, чем в одиночку. - Да, мы поможем тебе, - подтвердил он, глядя на королеву амазонок. – У нас с тобой один враг, и он, к сожалению, сейчас в Риме, вне пределов нашей досягаемости. Но клянусь, я добьюсь, чтобы его сбросили с Тарпейской скалы когда вернусь домой, даже если мне придется сделать это собственноручно, - а так оно, скорее всего, и будет. Наивно рассчитывать на римскую Юстицию, она слепа, чем испокон веков и пользуются болтуны вроде Цицерона. – Здесь же, в Греции, лишь его приспешники, исполнители… И они должны умереть. Тем временем Тара окончательно пришла в себя. Краем глаза Антоний заметил, как Валла, пользуясь тем, что никто не обращает на нее внимания мышкой скользнула к амазонке, вложила той в руки флягу с водой. Тара выглядела бледной, но призрак смерти отступил, отпугнутый северным заговором и импровизированным антидотом. Вторая доза цикламена – последнее средство, останется неиспользованным. [center]Эмилий[/center]

Массовка: извините за задержку Эмилий, еще некоторое время молча склонив голову сидел подле земли в ожидании ответа Гаиры. Ведь он, как никто другой знал силу этой особы, и испытать на себе силу черной пантеры ему совершенно не хотелось, более того, эта женщина была для него немного больше чем просто другом, однако он понимал, что не может позволить себе признаться в этом даже самому себе. В тот же момент очнулась Тары, слава богам она жива! У нее хватило сил выбраться из оков Селесты и теперь девушка пойдет на поправку. Валла довольно шустро скакнула к очнувшейся амазонке и ответила на ее просьбу, а именно подала воды. А вот дальше его внимание было полностью адресовано королеве амазонок. Она сказала, что сегодняшний день не стоит омрачать пролитием чье-либо крови и по сему, ее сестра Эмарис, и Немезида, приняли это и несколько расслабились, ну так показалось генералу. Следующие слова Гаиры предназначались Эмилию. - Встань мой друг, я знаю, что ты бы ни за что не посягнул на жизнь моих сестер, но ты прав в одном, убийца заслуживает наказания... Я готова принять вашу помощь, лишь потому, что этого врага вы знаете лично, с нашими силами и вашими знаниями я смогу отомстить за смерть сестры, и восстановить справедливость. Приятно было слышать, что данный инцидент не смог поколебать в ней веру в дружбу и его честность. А согласие королевы принять его помощь, еще больше вселило в Эмилия надежду, на то, что амазонка и впрямь не станет держать зла на него. Мужчина, наконец поднялся на ноги, и пристально взглянул в глаза Гаире. Как ему хотелось обнять ее и извиниться за то, что произошло, но не стоило. Следом за генералом, Антоний высказал и свое согласие помочь северянке в борьбе в их общим врагом. Более того, не смотря на то, что их общие планы с Антонием несколько нарушенны, оттеснить Брута и показать ему кто главный было не лишним, тем более, что его разведка работала, как нельзя лучше, и даже в собственных интересах обоим римлянам стоило пойти в северные земли, хотя бы ради того, чтобы обмануть и поколебать самоуверенность Брута в собственную непобедимость. - Спасибо за доверие - тихо сказал он, сделав несколько шагов в сторону друга, он посмотрел на Тару. Антоний - Думаю тебе стоит подойти к ней - улыбнулся он, шепча на ухо - а я пока соберу сумку. [center]Ваента[/center]

Vaientaa: Бескрайний призрак леса... он был по всюду, а люди в нём казались такими маленькими. Но скоро, совсем скоро, наверное он оденется в белую шкуру. Неужели Ваента скоро увидит снег. Два года без снега, это так много. Снег сопровождал её всю жизнь с самого рождения, ловил, когда она ещё училась ходить, маскировал, когда она училась охотиться, молчаливо утешал, когда она лила слёзы по отцу, пусть детские и не совсем осознанные. Ваента успела вступить во взрослую жизнь на родине, но только уплыв оттуда стала по настоящему взрослой. Новые страны, новые люди, они были такие другие, так не похожи на знакомых ей. В Греции, может благодаря тёплой погоде и урожайности полей, люди больше улыбались, у них было много забав и хмельных праздников, много шума. Совсем не так как у финнов. Финны хоть и были добры, просто не могли позволить себе легкую жизнь. Те люди, что окружали девушку сейчас были больше похожи на них, чем горожане. Они серьёзны, даже слишком. Теперь вот и речь пошла о смерти. Ваенте не понравилась рыжая амазонка, она была слишком громкой и делала много лишних движений, без утайки показывая все свои мысли. Даже Тара такой не была, в начале знакомства она хоть и высыпала много колкостей, но почему-то думалось, что именно так она маскируется под такую, как Эмарис, а на самом деле она совсем другая. Тара пришла в себя, но пока не пыталась производить какие-либо действия, что финку, несомненно, радовало. Не время показушной выносливости. Ваенте казалось, что темноволосой амазонке стыдно, стыдно перед собой, что позволила себе предстать слабой перед кем-то ещё. И не мудрено, дикарка и сама бы ругала себя, если бы ей пришлось валяться без сознания перед не совсем знакомыми людьми. Именно поэтому Ваента не стала спрашивать у Тары - нужно ли ей что-то ещё и как она себя чувствует. Чтобы не напоминать брюнетке о её невыигрышном положении, тем более, что было видно, что самое страшное позади и смерть жестоко побита и не сунется сюда больше в ближайшее время. Ваента благодарила своих северных Богов, ни на секунду не сомневаясь, что это их заслуга, а не её. Она даже не знала - может помогла всецело повязка Антония, но не смела сомневаться в небесном старике Севера. Ваента всё ещё с усмешкой наблюдала за Эмилием, пусть на кону и была его жизнь - так забавно он говорил сейчас, так забавно виновато смотрела на предводительницу новая амазонка, так забавно чему-то досадовал Антоний. -Ты не знаешь чье это и как попало ко мне в руки? Валла удивлённо обернулась - всё ещё бледная Тара подавала всё новые и новые признаки жизни. Девушка подумала, что амазонка заметила, что на её груди на цепочке висит точно такая же маленькая фигурка, только уточки. Талисман, который носили только женщины, для здоровья и плодовитости. Ваента хитро улыбнулась наблюдательности Тары. Незаметно подошла Немезида и заговорила с амазонкой. Дикарка отвлеклась на бельчонка, который при приближении нового человека стремительна прижался к ней, поджав ушки. Девушка почесала друга по пушистой грудке и снова вернулась к воительницам взглядом. Немезида, кстати, обладала неплохим чувством юмора. -Мне кажется, что я была внизу, а не наверху. Ответ Тары заставил финку нахмуриться, она свела брови и понимающе кивнула, а потом ответила на предыдущий вопрос амазонки: Пусть лучше это останется с тобой ещё ненадолго . - сказала она, указывая на руку девушке. Потом Валла встала, понимая, что скоро они пойдут дальше, она надеялась, что Тара сможет удержаться в седле, и так же надеялась, что она сама тоже найдёт способ не отставать от спутников. Девушка машинально посадила бельчонка на плечи и отошла за сумкой, перекинула её через плечо, а затем подошла к Гаире. Недоверчиво поглядывая на новую девушку, Ваента негромко спросила: Отправляемся сейчас?



полная версия страницы