Форум » Flashback » Игры с памятью » Ответить

Игры с памятью

Зена: Действующие персонажи: Ливия и Сара согласно описанному сюжету!

Ответов - 55, стр: 1 2 All

Сара: После того, как отец вернулся в свой мир, Сара еще несколько минут стоя наблюдала за без сознательным телом Ливии. Чувства были различные, и мысли тоже. Сначала ей хотелось уничтожить эту девку, затем помучить, но все это шло в разрез с образом жизни самой Сары, поэтому девушка вдоволь нафантазировавшись приступила к выполнению просьбы отца. А именно перенести Ливию подальше от Рима, и поколдовать с ее памятью. Сара присела рядом с девушкой, а после ее рука плавно взяла руку римской чемпионки. В момент когда Сара дотронулась до Ливии, внутри что-то колыхнуло, но приняв это за банальную усталость, девушка не предала этому особого значения. Сара и Ливия переместились на одну из северных гор, что находились в землях, которые когда-то заселяли северные амазонки. Сейчас это огромный пустырь практически на самой верхушке горы. Добраться сюда способны лишь боги. ЗА 20 лет произошло слишком много оползней, которые уничтожили все дороги и пути ведущие к деревне амазонок. Сара положила Ливию а домике бывшей королевы о ее храбрости слагали легенды, и так называемая юрта королевы была самой теплой. Присев на кушетку дочь героев часами размышляла о том, каким же образом справится с этой девахой, и при это не убить ее. Медленно она подошла к Ливии и положила руку на лоб. - Для начала посмотрим, что же ты за фрукт такой– тихо прошептала Сара. После чего девушка стала залазить в самые подкорки сознания чемпионки рима. Возможно Ливия и сама уже не помнить событий давно минувших дней, но память штука интересная, если в ней покопаться. Из картинок, что словно кино перематывались назад перед глазами Сары, девушка поняла лишь одно. Ливия была рождена для более светлых целей, к сожалению воспоминания ребенка ( в данном случае маленькой Ливии) были мутными и мать девушки Сара так и не разглядела. Но вот, что странно. У нее не было отца. Сара предположила, что возможно его убили или что-то в этом духе, но чувство, что эта особа не просто так попалась на пути теперь уже Микаэлы не покидало ее. Закончив копаться в подкорках памяти дочери Рима, Сара Мика приступила к главной процедуре, а именно зачистка. Надо было стереть воспоминания об Аресе , который очень четко прослеживался практически во всех ее воспоминаниях, да и заложить нечто более позитивное. Согласно ведению, которое видела Микаэла, судьба Ливии совершенно иная. Возможно именно этот факт, заставил Сару, как следует поразмыслить над тем, что именно стереть из памяти девушки. И так, спустя несколько минут, Мика все же приступила к процедуре. И вот очертания Ареса совсем стерлись, далее Рим и армия, жестокость и насилие. - Начнем с чистого листа . Попробуем изменить тебя – говорила себе, Мика. А когда она закончила, то усталость охватившее тело, дала о себе знать. Присев в кресло девушка прикрыла глаза и задремала.

Livia: Темнота и подозрительное спокойствие царило сейчас в сознании Ливии, девушка, конечно же, не знала, что сейчас ее перенесли за несколько тысяч миль от родного Рима. Да еще и в северные горы, по которым не ступала человеческая нога уже второе десятилетие. Если бы Дочь Рима не лежала сейчас не способная двинуть даже пальцем, то она обязательно с присущей ей грубостью сказала что-нибудь язвительное насчет этих мест. Холод и высоту Ливия ненавидела всей душой, а уж бывшие амазонские земли и подавно, хотя если признаться честно, то о племенах северных амазонок в Римской Империи знали мало, разве что признавали их существование вообще. Так вот, когда практически отключенная от реальности Ливия почувствовала прикосновение Сары и перемещение на горный пустырь, в ее сознании, словно сны, замелькали забытые девичьей памятью картины прошлого. Первыми вспомнились лица нескольких друзей детства – смешные курносые мальчишки и светловолосые девчонки, с которыми маленькая Ливия носилась по переулкам, пугая своим устрашающим видом и деревянным мечом ленивых торговцев и простых прохожих. Помнится, после первого общения с Аресом, она напрочь забыла про обычные детские развлечения и всерьез начала увлекаться страстью настоящих сражений. Вторым всплеском памяти был до боли знакомый человек, черты его лица, жесты и даже маленький шрам на щеке Дочь Рима помнила прекрасно. Это была ее первая жертва, какой-то мальчик в рваных лохмотьях попытался было украсть у Ливии, которой тогда едва было одиннадцать лет, ожерелье подаренное Октавианом. Но учения Ареса не пропали даром и маленький нож, хранимый Чемпионкой в сапоге до сих пор, вошел ровно в середину шеи мальчишки, оставляя на мощеной улице алые разводы крови. Третьей картиной из памяти был Арес. Но яростный образ страстного Бога Войны вдруг померк, стал расплываться и таять. Как будто и не было той судьбоносной встречи с Аресом, а за Ливией прозываемой грозой Римской Империи и самой настоящей шлюхой, не числились тысячи жестоко убитых и измученных жертв. Стирались из памяти кровавые распятия, даже занятия на Арене под чутким руководством лучших учителей мира, многочисленные набеги на племена амазонок, казнь последователей Элая, все это медленно исчезало, не оставляя следа. Потом вдруг настала абсолютная темнота, проблески памяти перестали показывать яркие картинки, а сама девушка неожиданно для себя самой почувствовала силу в руках, дуновение ветра на своей коже и уловила легкий шорох в углу. Жива ли я? И кто я? Девушка ясно помнила свое имя, но когда разум пытался нащупать нити памяти, просыпалась резкая боль в голове, мешающая собраться. Через несколько минут, не раньше, так как бывшая Дочь Рима попросту боялась неизвестности, она открыла глаза. Затем медленно еле двигая уже успевшим немного онеметь телом, она приподнялась на локтях. Беглый взгляд по помещению и Ливия, неловко опустив ноги на древесный настил, оставленный еще амазонками, привстала с кровати. Нелепо водя руками перед своим лицом, девушка не могла до конца придти в себя. Ошарашенная и слегка потерянная Чемпионка заметила дремавшую в кресле девушку, которую раньше не заметила. Ливия подошла к Саре вплотную и, дотронувшись до ее плеча, отошла на два шага назад, словно тело автоматом вспомнило о военном правиле, гласившим, что реакция только что разбуженного человека может быть любой и, если хочешь быть целее, нужно отходить заранее. - Скажи, кто ты? Что мы здесь делаем?

Сара: Как только глаза Сары закрылись, и девушка погрузилась в сон. Перед глазами, поплыли картинки прошлых лет , сначала события касались ее саму, а затем эти картинки сменились на чьи-то чужие воспоминания. Потому как будучи в полном здравии, Сара не помнила этих событий. В этих ведениях она была словно наблюдатель со стороны. Маленькая девочка в окружении двух женщин, которые явно переживают за жизнь ребенка. Они мельтешат перед глазами самой Сары, и пытаются найти выход. - Сущность смерти спасет дитя – сказала одна из них. Следом картинки вновь сменились, лиц было не разглядеть, но одно Сара поняла наверняка, одна из этих женщин, та что была немного выше своей напарницы явно являлась матерью той девочки. И вот в очередном отрывке из прошлого, Сара услышала: «Ева» . Сердце девушки застучало так быстро, как никогда, все эти ведения тут приобрели очертания. Высокая темноволосая воительница, была так же и матерью Сары, а белокурая напарница, это никто иная, как Габриель, лучшая подруга Зены и ее тетя. И тут нечто из вне, легкое прикосновение, заставило дочь королевы воинов вернуться в реальность. Она резко открыла глаза и молча уставилась на Ливию, которая стояла в нескольких шагах от самой Сары. Девушка слегка прищурила глаза пытаясь собрать все, что она увидела, и понять причину возникновения этих ведений. Но поток ее мыслей был прерван фразой Ливии, которая явно находился в непонимании того, кто она и что тут делает, о чем и свидетельствовал ее вопрос. - Скажи, кто ты? Что мы здесь делаем? Сара несколько секунд молча смотрела на Ливию, пытаясь понять сработало ли, или же память девушки осталась на прежнем месте, и сейчас она хочет обманов выбраться от сюда. - А ты ничего не помнишь? – заинтересованно и вместе с тем с досадой в глаза в ответ спросила Сара.

Livia: Потревоженная прикосновением, дремавшая девушка медленно проснулась, и слегка начав щуриться, посмотрела на Дочь Рима. Ливия, ощущавшая на себе изучающий взгляд Сары, невольно внутренне сжалась и отвела взгляд куда-то в потолок амазонской юрты. Хотя и осколки оставшейся памяти не помогли точно вспомнить ни имени удобно устроившейся в кресле девушки, ни кем она приходится самой Ливии, но внутренне Чемпионка испытывала к ней открытую неприязнь и необъяснимую даже немного затаенную обиду. Но при этом можно учитывать, что молодая воительница абсолютно не прислушалась к позывам своей души и проискам интуиции. Ведь если ты проснулся в неизвестном месте, без памяти, да еще и в копании неизвестной, которая сейчас является единственным шансом во всем разобраться, то уж придется забыть о каких-то внутренних предостережениях, тем более причин для осторожности или недоверия у Ливии пока что не было. Сама незнакомка тем временем обратилась к Ливии с нескрываемым интересом. - А ты ничего не помнишь? Дочь Рима сознательно попробовала еще раз разобраться в своей голове, прежде чем ответить на заданный вопрос. Но, увы, ничего кроме как еще большей нагнетающей боли в висках ей эта попытка не принесла. - Ничего кроме имени. – Наконец с задумчивым и потерянным выражением на лице, произнесла Ливия. С каждой минутой боль в голове усиливалась, отзываясь странным гулом в затылке, как будто в него запустили не менее сотни камней из пращи или рогатки маленького сорванца. Снова и снова она прокручивала в голове внешность Сары, свое имя, пыталась зацепиться за звучание своего голоса, но все было тщетно. Не дождавшись ясного ответа на свой вопрос, Ливия нашла глазами выход, который для сохранения тепла в юрте был заслонен несколькими шкурами диковинных горных животных, названия которых уже почти никто не помнил. Быстро перебирая слегка онемевшими ногами Ливия, словно грациозная кошка, мгновенно выскользнула на улицу. Яркий свет ослепил ее голубые глаза, а жуткий, пробирающий до костей, ветер растрепал волосы. От холода зубы дрожали, а руки покрылись мелкими мурашками. Но морозная горная свежесть, неожиданно для самой Чемпионки, слегка успокаивала расшумевшуюся бурю в голове. Только сейчас, почувствовав порывы ветра на спине и ногах, Ливия обратила внимание на свою одежду, а точнее на серебряные, с бронзовыми вставками по бокам, латы и шелковый плащ, окропленный странными красными пятнами, оставленные явно не от пролитого вина. Руки Дочери Рима медленно прощупывали каждую деталь одеяния, пока не наткнулись на странную выпуклость, торчащую из одного из наручей. Это был маленький ножик с витиеватой рукоятью и начищенным до блеска острием, за который любой торговец отдал бы не меньше двух породистых жеребцов. Но Ливию заинтересовало не, сколько ценность оружия, сколько само присутствие у нее. Тут же в голове замелькали, какие-то названия, ничего не значащие теперь имена. Молодая девушка без памяти и намека на прошлое так и стояла в двух шагах от входа с протянутым на прямых руках ножиком.

Сара: Ливия явно была потерянна, она помнила имя, как сама сказала, но было ли это чистой правдой. С другой стороны судя по тому, как девушка изучала себя, и пыталась отрыть хоть что-нибудь в своей памяти, можно было поверить в то, что все получилось. Далее дочь Рима направилась к выходу, Сара же молча, проводила ее глазами с мыслями: « Интересно куда это она собралась?» Ведь единственным выходом от сюда, была божественное мерцание, которым Ливия явно не владела. Еще несколько секунд дитя тьмы и света, смотрела на Ливию, а затем пошла в след за ней, остановившись в нескольких шагах. Сара заметила, как Ливия с интересом разглядывает свою одежду и клинок. - Да об этом то я не подумала –слегка скриви рот на бок, отметила Сара. Без сомнений одежда Ливии могла о многом рассказать, то что она принадлежит Риму, что возможно является какой-то знатной и великой особой, но ведь Сара и не собиралась ей врать относительно ее принадлежности. Ее целью было изменить девушку к лучшему, стереть то, что сделало ее столь жестокой, да и самой Саре признаться, было очень интересно, как с Ливией могут быть связанны те ведения, что ей довелось увидеть, и при чем здесь ее мать…. Холодный и сильный ветер продолжал гонять облака с которых медленно начинал валить, хлопьями снег. Стоя на таком морозе смертный часто болеют, а выхаживать Ливию, Сара была не готова, кроме того, девушка много времени провела без сознания, и по всей видимости была голодна. - Эй…- тихо произнесла она – Пойдем в дом, а то так и замерзнуть можно….. Ты, наверное, голодна? – Сара легко дотронулась до плеча Ливии, от чего в голове вспыхнули новые картинки прошлого, но, не подавая виду, девушка медленно убрала руку, и продолжала ожидать ответа Римской чемпионки.

Livia: Еще несколько мгновений ошарашенная Ливия смотрела на оружие, затем, переложив его в правую руку, слегка провела подушечкой пальца по острию. Впрочем, надо отдать должное оружейникам Рима, даже после небольшого касания кожи кинжал, пребывавший в отличном состоянии, оставил довольно глубокую царапину, из которой капля за каплей начала вытекать красная густая жидкость. Порезавшаяся Дочь Рима автоматически прижала палец к губам, а сам ножик выронила на оледеневшую гладкую поверхность горы, но затем через секунду наклонилась и подняла его обратно. С каждой минутой девушка чувствовала себя увереннее и головная боль уже не причиняла ей такого уж сильного беспокойства как сразу после пробуждения. Про себя подумав, что просто так ножики в латах не прячут, и значит, оружие может еще пригодиться, она вернула кинжал обратно в витые бронзовые наручи и обратилась к подошедшей Саре, которая слегка дотронулась до плеча бывшей грозы Греции и Рима. -Ты, наверное, голодна? -Спасибо ... Если честно, сейчас от еды не отказалась бы. Ливия ободряюще улыбнулась. Наверное, со стороны ее поведение могло показаться, куда уж более чем странным, но после далеко не самого приятного пробуждения, да еще и в непонятном месте на вершине заснеженных скал, девушку можно было понять. Напуганная Ливия еще раз напомнила себе, что все это странное действие с ножом могли наблюдать лишь она сама и Сара, а значит и громкая репутация не пострадала. Стоп, какая репутация…что за непонятные мысли… Напоследок, еще раз взглянув вверх на падающий снег, уже успевшая слегка замерзнуть молодая воительница, закуталась в плащ и быстрым шагом вернулась обратно в теплую юрту. В бывшем жилище амазонок невероятным образом сохранился и стол, сделанный из неизвестного крепкого дерева, и широкая скамейка, впрочем, на которую садиться раньше Дочь Рима бы не рискнула, но поскольку другой подходящей для трапезы мебели обнаружено не было, пришлось довольствоваться и скамьей. Подождав запоздавшую Сару, Ливия краешком итак уже грязного длинного плаща смахнула пыль со стола.

Сара: Предположение Сары, по поводу того, что дочь Рима голодна подтвердились. Девушка согласно кивнула головой, словно была уверенна в положительном ответе. Почувствовав холод, Ливия все же накинула плащ и вернулась в юрту. Сара же, даже не дрогнула от дикого холода и сильного ветра, учитывая, что девушка была одета достаточно легко. Легка белая шубейка когда-то бывшей королевы севера. Сара вошла в след за Ливией, и пройдя по комнате открыла сундук, от куда и достала подобную шубу для Ливии. После она молча прошла в центр комнаты, где находился камин, без сомнений, дрова, что лежали там давно отсырели, но юрту необходимо было согреть, потому, как уходить от сюда Мика пока не торопилась. Она молча присела возле камена, и пока Ливия согревалась, девушка незаметно разожгла камин с помощью своих сил, но так, словно им повезло. Она радостно выдохнула и повернула голову на Ливию. - Нам повезло, что среди всех дров нашлись сухие – улыбнулась она. Самое интересное было и то, что до сих пор Ливия не знала имени девушки, помнить она его не могла, поэтому Сара решила не давать чемпионки Рима дополнительной почвы для размышлений. - Я кажется, забыла представиться – мягко улыбнулась она, поднимаясь с корточек на ноги – Микаэла – настоящее имя, Сара вновь скрыла, не стоило нарушать традиции. Лишь члены ее семьи и Арес знал настоящее имя девушки, и лишь по нему, ее можно было позвать. Итак Сара – Микаэла, представилась Ливии, а после укутавшись хорошенько, улыбнулась девушке. - Пойду схожу за продуктами, а ты пока отдыхай – вновь невинная улыбка украсило лицо девушки. После чего она вышла из юрты, закрыв за собой дверь, после чего сделав несколько шагов, вперед исчезла. Сара появилась на рынки, возле подножья горы, на которой сейчас они и находились с Ливии. В надежде, что римская воительница не станет дурить, и пытаться самостоятельно спуститься вниз. Это просто не возможно…. Тем временем Сара шла по рынку, подходя то к одной лавке то к другой, выбирая, самое свежее. - Самая лучшая еда для врага, бред! Сара ты могла просто убить ее!- думала она, расплачиваясь за очередной красивый овощ – Но не убила! Почему? Из-за дурацких предрассудков? Нет, что-то есть в этой девочке, что-то, что заставляет меня вспоминать свою семью, но это глупо! Ливия порочна до мозга костей! – Сара выдохнула и слегка закатила глаза, после чего прищурилась – А ведь я могу попробовать рассказать ей о том, кто она, но изменить ее цель! Пусть Рим служит на благо! – девушка улыбнулась отличной идеи, как раз в тот момент, когда шальной ветер сорвал с головы капюшон, и густые черные волосы «рассыпались» по плечам воительницы. Но здесь внизу было намного теплее, чем там, куда ей предстоит вернуться. А пока Микаэла ходила по лесу, выбирая различные овощи и фрукты. Девочки в ваш квет присоединяется Вулфи Очередность постов: Сара, Вулфи, Ливия

blackwolfy: Север. Все что раньше у нее ассоциировалось с этим - это холод, пустоши и одиночество. Теперь же, после всего, что она натворила за свою жизнь, он казался ей землей, в которой она могла обрести спасение. Ну или вновь набраться сил, чтобы вернуться в тот, другой мир, в котором она кажется была явно неугодна богам. Вулфи закуталась в черный, слегка ободранный мех и остановилась, неуверенно смотря на поселение, видневшееся у подножья горы. Стоило ли ей идти туда? Или и оттуда ее бы прогнали? Она покачала головой - нет, любые новости из Греции тут явно искажались до не узнаваемости и вряд ли кто-то знает ее в лицо. А вот провиант и тепло ей бы не помешало. Так что поборов свои страхи и внутренних демонов, она пошла в сторону деревушки. Все это время она старалась отогнать роющиеся в голове ненужные мысли. Почему-то при виде ворот поселения вспомнился поход в Серенею. Там ведь тоже не было стражников. Ей вспомнилась ее маленькая светловолосая спутница и девушка сильно сжала кулаки. Все ведь должно было случится абсолютно не так, как случилось. Если бы у нее был шанс что-то изменить.. В любом случае, когда в прошлом она захотела все исправить, было уже поздно. Весть о смерти Зены, Габриэль и маленькой дочки Королевы войнов пришла намного позже, чем она почувствовала, что с ними определенно что-то не так. Как будто боль Ареса от этой потери передавалась ей и ее душе. Тогда она еще не знала, что жизнь ее будет куда длиннее чем она на это надеялась. Вулфи остановилась около одного из лавки кузнеца и посмотрела на полированный до блеска щит. На нее смотрела все таже 23 летняя наемница, казалось бы совсем не изменившаяся с тех пор, как она заключила сделку с богом войны. Только пропала куда-то катана, сменившись на одноручный римский гладиус. Внезапно в отражении промелькнул казалось бы призрак. Наемница резко обернулась и не поверила своим глазам. В соседней лавке она увидела брюнетку, рассматривающую предложенные продавцом фрукты и овощи. О, боги, как же похожа... - Вулфи подошла чуть ближе, присматриваясь к этой девушке. Когда та повернула лицо в ее сторону, из груди наемницы вырвался вздох то ли облегчения, то ли разочарования. Нет, это все же была не Зена. Похожа, ужасно похоже, почти как две капли воды, как будто это была ее.. -Сара? - не выдержав, спросила Вулфи, неуверенно глядя на девушку.

Сара: Дочь героев шла по рынку, и вот, наконец, затупившись по полной программе, девушка, хотело было пойти назад, как поймала на себе чей-то странный взгляд. Поначалу она даже не предала значение этому, но когда перед девушкой оказалась незнакомка, черты лица которой чем-то напоминали девушку, которую Сара видела еще в детстве и то несколько раз, но она слишком молода, чтобы быть той самой. - Сара? От этих слов, Сара явно ошалела, от куда ей знать! Очередные мысли по поводу того, что это и есть та самая наемница из прошлого, смущал только ее внешний вид. В очередной раз порывшись в подкорках своей памяти, она все же вспомнила ее. Не уверенно, девушка еще пару секунд смотрела в глаза наемницы, после чего произнесла. - Ну, раз ты знаешь мое родное имя, могу предположить, что тебя зовут Вулфи, по крайней мере так тебя звали 20 лет назад. – уверенно сказала та. Странно, ведь именно сейчас Саре так необходима была поддержка, кого-то старше ее, но Вулфи выглядела слишком молодо, точнее сказать словно сверстница самой воительницы. Это настораживало Сару, вдруг это происки Ареса, который ищет свою римскую воительницу. Девушка решила проверить таки, настоящая ли перед ней наемница. Она мило улыбнулась, а после задала свой единственный вопрос. -Не сочти за сложность, но , что случилось после того, как появились мы с Миднайт?! Ответ на этот вопрос могла знать только, Габриель – она мертва, и Вулфи, поэтому, если девушка и впрямь наемница, для нее не составить труда вспомнить , что же тогда произошло.

blackwolfy: Брюнетка похоже заметила излишнее внимание со стороны Вулфи еще до того, как наемница подошла ближе. По крайней мере паники Сара поднимать не стала ,лишь уверенным тоном предположила кто стоит перед ней. Наемница была слегка удивлена проницательности этой молодой особы, все же она в то время была довольно мала, чтобы запомнить имя наемницы. Хотя, может просто она уже и забыла каково это быть ребенком. Хотела бы я знать, каково это быть состоявшимся взрослым, - угрюмо подумала про себя девушка, застрявшала в вечно-молодом возрасте. -Вулфи, Элисса.. Имя как оказалось сути не меняет, - пожала плечами наемница, про себя ухмыльнувшись и подумав про то, слышала бы ее сейчас Габриэль. И все же, несмотря на то, что Сара признала в ней "давнюю знакомую", девушка судя по недоверчивому взгляду все же не доверяла наемнице. Как будто боялась чего-то. И ее вопрос о том, что же случилось в Аднесе даже немного застал Вулфи в расплох. Это было так давно, однако она помнила тот злосчастный день, а если и забывала, то ей непременно напоминали о нем кошмары. -Зена взяла тебя на руки, обняла. .А потом сказала Габриэль, что ты жива. Затем, правда, Арес привнес ложку дегтя в эту семейную идиллию, но на то он и бог войны, чтобы портить людям мирную жизнь, - как-то отрешенно и устало ответила Вулфи, - Правда, он все же отдал душу твоей матери, но ей все равно пришлось идти с ним. А после я, ты, Миднайт и Габриэль отправились в ближайшую таверну, откуда тебя, уже спящую Миднайт отдала богине правосудия Немезиде. - Вулфи взяла с прилавка яблоко, бросив взамен торговцу один динар, наемница казалось бы долго рассматривала его, затем неопределенно хмыкнув, неглядя бросила его мальчишке-оборванцу, который стоящему неподалеку и завороженно смотрящему на этот лоток, - Тебе кто-нибудь говорил, насколько ты похожа на мать? - наконец она вновь посмотрела на девушку.

Сара: -Вулфи, Элисса.. Имя как оказалось сути не меняет Подтвердив догадку Сары, наемница стала отвечать на вопрос девушки, касательно событий которые произошли 20 лет назад. -Зена взяла тебя на руки, обняла. .А потом сказала Габриэль, что ты жива. Затем, правда, Арес привнес ложку дегтя в эту семейную идиллию, но на то он и бог войны, чтобы портить людям мирную жизнь. Правда, он все же отдал душу твоей матери, но ей все равно пришлось идти с ним. А после я, ты, Миднайт и Габриэль отправились в ближайшую таверну, откуда тебя, уже спящую Миднайт отдала богине правосудия Немезиде. Когда Вулфи рассказывала все это, внутри все сжалось, а тяжелый комок застрял в горле. Это был тот самый день, день который Сара попросила изменить отца. Но видимо еще это не произошло поэтому, наемница описала все четко. Несколько секунд Сара молча смотрела куда-то в пустоту, словно вспоминая в очередной раз события тех дней, теплые руки матери и ее улыбку. Немного прикрыв глаза, и сдвинув брови, девушка постаралась заглушить ту боль, что жила у нее в сердце. Но скупая слезинка, слегка выступила за пределы глаз, хотя девушка тут же смахнула ее рукой. Она убедилась, что это не происки Ареса, и что перед ней стоит та самая Вулфи, что и 20 лет назад. Только вот Саре уже не 3 года. Наемница взяла яблоко и кинула его мальчишке, что стоял неподалеку, на что Сара лишь улыбнулась, а дальше наемница задала весьма интересный вопрос. - Тебе кто-нибудь говорил, насколько ты похожа на мать? Девушка повернула голову в сторону Вулфи, и легко улыбнулась. - Только отец….К сожалению больше никто не знает, кто моя мать.... – тихо сказала она. Очередной порыв ветра заставил девушку накинуть капюшон, т.к. длинные волосы постоянно лезли в лицо. Она еще раз взглянула на наемницу. - Как ты здесь оказалась? И почему в ты так молодо выглядишь? – Сара слегка нахмурилась, а после добавила – Мысленно ты хотела узнать, что значит быть взрослой….

blackwolfy: Сара слушала Вулфи внимательно, стараясь не выдавать своих эмоций, однако от наемницы не ушел тот факт, что девушке было тяжело все это слышать. Поэтому она тихонько положила руку на плечо брюнетки и тихонько сжала его. -Мне тоже их не хватает, - с грустью в голосе прошептала она, перед глазами стояли отчего-то разочарованные лица Зены и Габриэль. Девушка отогнала это видение, которое частенько преследовало ее и посмотрела на Сару. Эти глаза мог узнать любой, кто хотя бы раз встречался с Королевой воинов. Правда, за двадцать лет многое могло забыться, как и образ Зены, некогда грозы миров, а затем и его спасительницы. Только вот богам она оказалась неугодна. Сара пишет: - Только отец….К сожалению больше никто не знает, кто моя мать. - Главное, что это знаешь ты. Зена была великой женщиной и я уверена, что ты пойдешь по ее стопам, - улыбнулась в ответ Вулфи, посмотрев вслед мальчишке, который будучи весьма довольным улепетывал прочь с яблоком на перевес. Однако после сказанных Сарой слов про ее мысли, выражение ее лица изменилось весьма резко. Лицо побледнело, губы вытянулись в одну тонкую линию, взгляд стал колким и холодным, как будто она вновь стала своей злобной тенью из того старого кошмара. Казалось, еще секунда и с ее пальцев сорвется смертельноопасный кинжал. Никто не смел лезть ей в душу, никто. Кроме Ареса конечно, тот никогда разрешения не спрашивал. Да как она смеет? -Тебя не учили, что нельзя читать чужие мысли без согласия? - натянуто заметила она, затем так же внезапно ее голос оттаял, а глаза казалось потеплели, - Прости, я немного одичала за время в поисках того, что принадлежит мне. А на счет вечной молодости...Твоя мать была не единственной, кто отдал душу Аресу в те дни. - хмыкнула она, с грустью и болью посмотрев на Сару, -Как оказалось, не так уж легко быть вечно 23-летней. Все видят в тебе все еще молодую, неопытную и ничего не понимающую в жизни девушку... Ту, какой я была 20 лет назад. Впрочем, не факт, что это и сейчас не правда. Сейчас наемница уже не считала это таким страшным секретом как раньше. И возможно, расскажи она еще тогда все Габриэль, вышло бы все по другому.

Сара: -Мне тоже их не хватает На слова Вулфи , Сара как-то безразлично вздохнула, но это скорее был жест отчаяния, но поскольку он не получился, она грустно улыбнулась в ответ наемнице. - Главное, что это знаешь ты. Зена была великой женщиной и я уверена, что ты пойдешь по ее стопам. Девушка усмехнулась про себя. - Хотелось бы и мне в это верить! – подумала она. - Сейчас это уже не важно, их нет…. – тихо сказала она, и посмотрела в сторону мальчишки, что с таким аппетитом уплетал яблоко. И тут на слова о мыслях наемницы девушка заметила, как лицо собеседницы заметно изменилось, словно ей не понравилось, что Сара так бесцеремонно влезла в ее мысли. Об этом и свидетельствовала следующие мысли наемницы и ее фраза. -Тебя не учили, что нельзя читать чужие мысли без согласия? Девушка хотела было ответить, на столь громкий выпад, но Вулфи тут же исправила ситуацию, продолжив говорить. - Прости, я немного одичала за время в поисках того, что принадлежит мне. А на счет вечной молодости...Твоя мать была не единственной, кто отдал душу Аресу в те дни. Сара слегка прищурила глаза пытаясь понять о чем говорит эта молодо выглядящая женщина, а после недолгих раздумий, поняла, что так же как и ее мать отдала душу Аресу, взамен за что-то… Вот только за что? Грозой миров Вулфи не была! Это звание по праву принадлежало лишь Зене, о которой сейчас, уже слагают легенды, как о некогда существовавшей героини…. -Как оказалось, не так уж легко быть вечно 23-летней. Все видят в тебе все еще молодую, неопытную и ничего не понимающую в жизни девушку... Ту, какой я была 20 лет назад. Впрочем, не факт, что это и сейчас не правда. Волчица в очередной раз подтвердила догадки Сары о том, что именно она продала душу Аресу. Девушка, как –то хмуро поморщила носик, а после посмотрела на наемницу. - Возможно я смогу тебе помочь, но только чуть позже, у нас с Аресом не лучшие отношения, да и потом есть одно дело, которое я должна довести до конца. Сара посмотрела наверх, а после дотронулась до плеча Вулфи, учитывая, что девушка была на пару сантиметров ниже дочери королевы воинов и сына Зевса, она ободряюще положила свою руку сверху, той на плечо. - Хочешь пойдем со мной – мило улыбнулась та. – Единственное, что там – она указала наверх – меня ждет весьма странная особа, у нее проблемы с памятью. – Ну так как? Поможешь разобраться мне с ней, я попробую вернуть то, что принадлежит тебе.

blackwolfy: - Сейчас это уже не важно, их нет…. – тихо сказала она Вулфи покачав головой, посмотрела на Сару. -Это важно, всегда будет, пока жива ты, пока воспоминание о матери живут в твоей душе и сердце, - уверенно сказала наемница. Слава небесам, спорить по поводу мыслей они не стали. Дочь королевы воинов позволила Элиссе самой исправить ситуацию. "Вечно-молодая" ухмыльнулась про себя - Зена ведь тоже частенько давала людям покопаться самим в себе, не в стревая в спор раньше времени. К счастью, дочь переняла эту весьма полезную черту. Похоже, на счет души девушка тоже догадалась, впрочем, Вулфи действительно не делала из этого всего большой тайны. Арес наверное ,как она считал, сделал ей услугу, о которой мечтали многие женщины мира, только вот наемнице это было в тягость. Но вот в ответ на предложение о помощи она покачала головой, про себя порадовавшись что дочь в отношении Ареса не пошла по стопам матери и дружбы с ним не водила. -Нет, это моя личная проблема и впутывать в это дочь Зены я не стану, но вот помочь тебе всегда буду рада. Хочешь загладить вину за прошлое перед мертвыми? - прозвенел в голове настырный голосок, Вулфи тоскливо посмотрела на Сару, та ведь вполне могла прочитать эту мысль. -Что за особа? - как ни в чем не бывало спросила она, надеясь, что после красноречивого выступления против чтения мыслей дочь королевы воинов все же не станет лезть ей в душу.

Сара: -Это важно, всегда будет, пока жива ты, пока воспоминание о матери живут в твоей душе и сердце. - К сожалению, я о ней помню слишком мало… - тихо сказала Сара посмотрев куда-то сквозь наемницу. Может доля правды в ее словах все-таки была, но сейчас это было не так важно. А дальше волчица говорила уже про помощь относительно ее и бога войны. Девушке оставалось лишь развести руками. - Мое дело предложить, но ты уже как 20 лет пытаешься решить этот вопрос, и как я понимаю все безрезультатно,… - печально добавила она. -Нет, это моя личная проблема и впутывать в это дочь Зены я не стану, но вот помочь тебе всегда буду рада. От одних слов Вулфи о «дочери Зены» по коже побежали мурашки. Такие слова Сары слышала очень редко. -Что за особа? Далее разговор стал более по делу, Вулфи поинтересовалась, что за барышня ждет Сару, на что девушка решила ответить вполне правдиво. - Это Ливия, чемпионка Рима… - слава этой девушки протянулась довольно далеко, и скорее всего наемница поймет о ком идет речь – Она чудным образом потеряла память и теперь , я стараюсь помочь ей вспомнить кто она и для чего была рождена – ехидно улыбнулась Сара. – Надеюсь ты мне поможешь рассказать ей правдивую сказку о ее жизни…

blackwolfy: - К сожалению, я о ней помню слишком мало… - тихо сказала Сара посмотрев куда-то сквозь наемницу. Вулфи тяжело вздохнула. Похоже разговор про Зену не очень то поднимал настроение ее собеседницы. Наемница же даже не знала, что хуже - практически не помнить, но знать, что твоя мать - греческая героиня, либо же помнить ее отчетливо, вплоть до занесенного над тобой кинжала. Она невольно поежилась при этом воспоминании. Похоже счастливая "золотая середина" не была знакома ни ей, ни Саре. Дочь королевы войнов в свою очередь приняла проблему Вулфи близко к сердцу. Элисса ухмыльнулась, покачав головой и тем самым показывая что не все так уж плохо и вообще разгадка уже довольно близко. Ты хоть сама в это веришь? - тут же подумала она, затем опомнившись посмотрела на Сару. -Я сама виновата, мне и выбираться, - заметила она, скрестив руки на груди и показывая что на эту тему ей больше не хочется говорить. Не то чтобы она считала чужую помощь лишней, просто не хотелось ввязывать кого-то еще в противостояние с богом войны. Однако стоило прозвучать имени Ливия, как Вулфи тут же отогнала все свои мысли о собственной судьбе. Чемпионка Рима, очередная новая фаворитка Ареса. Похоже без него тут не обойдется, даже не смотря на тот факт, что девушка якобы потеряла память. Ливия была не просто войном, она была кровожадным военочальником, а ведь их Эл в молодости ох как ненавидела. Только вот вся эта идея с ее обманом не очень - то уж нравилась Вулфи. Ведь потеря памяти могла быть кратковременной, и тогда, стоило римлянке вернуть воспоминания, как она бы устроила целую охоту на тех, кто пудрил ей мозги. За себя наемница особо не беспокоилась, к жизни в скитаниях ей было не привыкать, только вот Сара этого явно не заслужила. -Правдивую сказку? А может быть лучше сказать ей правду? Как бы не хотелось в это верить, но такие как она не перевоспитываются. Вспомни хотя бы Каллисто. Ну или для этого нужен куда резкий довод, нежели потеря памяти. - тяжело вздохнула Вулфи, затем покачала головой, - Чтобы ты не решила, я все равно помогу тебе. Но Сара, правда куда надежнее лжи.. Какой бы жестокой и ужасной она не была, поверь мне, - с грустью в голосе сказала Элисса.

Сара: По лицу наемницы можно было понять, что тема Ареса ей не очень нравится, да и помощь принимать она по всей видимости не хотела. Что ж , это ее личный выбор и настаивать девушка не станет. А вот, что касается Ливии, здесь было все намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. -Правдивую сказку? А может быть лучше сказать ей правду? Как бы не хотелось в это верить, но такие как она не перевоспитываются. Вспомни хотя бы Каллисто. Ну или для этого нужен куда резкий довод, нежели потеря памяти. Сара отрицательно мотнула головой, и медленно начала движение вперед, не сомневаясь, что Вулфи последует за ней. - Ливия опасна для людей, но не для меня – девушка посмотрела куда-то вдаль – Элисса, я пообещала отцу, что этот монстр больше не будет терзать людей, и держать последователей Элая в вечном страхе. Я хотела убить ее, но отец попросил стереть ей память, и тогда я подумала, что могу попробовать изменить сам путь Ливии. Я не собираюсь говорить ей о том, что она простолюдинка, нет. Я расскажу ей правду, но цель дам другую, иначе у нее нет шансов выжить. Если Ливия воспрянет, мне придется убить ее – тихо сказала Сара. Убедившись в том, что она все купила, девушка перевела взгляд на наемницу, после чего взяла ту за руку. - Надеюсь ты не мерзлячка – улыбнулась она, и легким мерцанием перенеслась на самую высокую точку горы. Отпустив руку Вулфи, Сара внимательно посмотрела на нее, словно пыталась убедиться в том, что девушка в порядке, после перемещения. Видимых фактов, что ей дурно не было, поэтому бороздя снег сапогами, она шла по мелкой тропинке прямо в хижину, где ее и ждали Ливия. Дверь тихонько отварилась, сначала вошла Сара, а за ней и Вулфи. Пройдя в центр комнаты, девушка вывалила продукты на стол. - Думаю ты сама выберешь, что больше по душе. – легко улыбнулась она – Это моя знакомая – переведя взгляд на Вулфи сказала Сара, в надежде , что наемница представится сама.

blackwolfy: -Не опасна для тебя? - Вулфи тяжело вздохнула, - Ох, как же ты похожа на Зену. - наемница припомнила их первую встречу, когда беременная королева воинов посчитала что Элисса ничего ей не сможет сделать, даже не зная всех способностей девушки, - Ты тоже человек, тебя тоже можно ранить. И не надо говорить, что чемпионка Рима не опасна. Если тебе не удастся ее переубедить, не удастся дать ей другую цель, если ты привяжешься к ней и не сможешь убить пробудившегося монстра.. Ливия станет преследовать тебя и не успокоится, пока не отомстит за свой позор. - Вулфи внимательно посмотрела на девушку, всеми этими "если" подчеркивая, что в жизни не всегда все идет так, как оно задумано на самом деле. Брюнетка внезапно взяла ее за руку и спросив не мерзлячка ли она, перенесла обеих на вершину горы. Вулфи отпустила ее руку и кивнула, показывая что все в порядке. В конце концов Арес тоже любил такие вот перемещения без предупреждения, так что в какой-то степени девушка уже к ним привыкла. А еще бог войны очень любил являтся ей в кошмарах. Наемница отогнала эти назойливые мысли и последовала за Сарой. Та привела ее в хижину, в которой и обнаружилась Ливия. Вулфи безразлично осмотрела девушку. Что ж, с последнего раза, что она ее видела, та ничуть не изменилась. Чемпионка Рима вряд ли помнила наемницу, но та, не раз наблюдала за ее битвами на арене. Очень уж было интересно посмотреть, на что способна новая воспитанница Ареса. -Элисса, - коротко кивнула наемница, чуть улыбнувшись и протягивая Ливии руку.

Livia: Вернувшись в старую юрту Ливия с явным неудовольствием еще больше закуталась в римский плащ, но вошедшая за ней Сара заметила, что Дочь Рима замерзла и весьма благородно достала из одного старого сундучка теплую шубу, явно раньше принадлежавшей хозяйке данной постройки в заснеженных горах. Такая одежда была не по душе Чемпионке, но выбора сейчас у бывшей воительницы не было, так как перспектива замерзнуть ее радовала гораздо меньше, Ливия с благодарностью накинула на себя меховую шубу. Пока воительница надевала громадную по размерам верхнюю одежду королевы амазонок, Сара успела повозиться и с камином. - Нам повезло, что среди всех дров нашлись сухие. Да, действительно редкая удача, вначале показалось, что дом давно заброшен, а от дров при такой погоде остались бы куски льда… Но девушка с еще затуманенным сознанием не обратила особого внимания на промелькнувшую мысль и действительно волшебно загоревшийся камин, ее привлекали мягкие языки пламени исходившие от маленького костра и яркие блики, которые кажущийся на первый взгляд невинный огненный монстр оставлял на потолке и стенах, а ведь пламя способно на самом деле поглотить любой город мира оставив от него лишь угли. Огонь, как всплеск ярости. С одной стороны приносит тепло и пользу, тому, кто смог его обуздать, но одно неловкое движение и его жертвой может пасть и сам обладатель. Словно девиз из прошлого пронесся в памяти Ливии. Сейчас все эти фразы показались ей абсурдными, хотя совсем недавно она жила по этим законам. -Я кажется, забыла представиться - Красивое имя... Микаэла... – словно пробуя что-то вспомнить, тихо произнесла Ливия. Но в памяти не проблеснули воспоминания, а имя показалось девушке обычным, хотя и редким. - Пойду схожу за продуктами, а ты пока отдыхай - Пожди, ты куда? Там же мороз как в безгранном царстве Аида! – но слова Дочери Рима так и не дошли до адресата, так как Микаэла уже вышла из юрты и целенаправленно скрылась в неизвестном направлении. С минуту молодая воительница сидела в тишине не решаясь даже двинуться, но потом, обладая весьма подвижным характером, она повторно вынула маленький клинок из наручей и принялась медленно его подбрасывать, ловя его, то на кончик пальца, то просто балансируя на ладони. Но вскоре и это занятие надоело Ливии, она вернула ножик и грациозной походкой подошла к кушетке, на которой находилась сразу после пробуждения. Под кроватью Чемпионка обнаружила кожаные ножны с выложенными в несколько рядов изумрудами. Из ножен торчала большая рукоять с завитками по обе стороны. Заинтересованная девушка вынула оружие, которое раньше принадлежало человеку с темным прошлым и жизнью насыщенной кровавыми жестокими расправами. Конечно, сейчас этот заточенный кусок ценного железа не смог помочь ей, что-либо вспомнить, но ощущение, что меч принадлежит именно ей, не отпускало бывшую воительницу. Она с помощью ремешков, прикрепленных к ножнам, повесила гладиус к себе на пояс. Вскоре вернулась и Сара, а с ней еще вошла в бывший дом амазонок и голубоглазая высокая девушка. Ливия с осторожностью подошла ближе к гостье, что-то в этой девушке ее насторожило, но что, же именно, Чемпионка сказать не могла. Тем временем Мика выложила все продукты на стол и с милой улыбкой обратилась к воительнице. - Думаю ты сама выберешь, что больше по душе - Да, спасибо. Ты действительно принесла много еды на любой вкус. – Сделав вид, что изучает принесенные яства, Ливия краем глаза наблюдала за поведением незнакомки. -Элисса Весьма неожиданно, вошедшая вместе с Микой, девушка представилась и протянула для приветствия руку, Дочь Рима поймала таки на себе изучающий взгляд новой знакомой и недолго думая все таки пожала ей руку, произнеся с такой же ответной улыбкой свое имя. - Ну что ж приступим к трапезе?

Сара: -Не опасна для тебя? Сара покосилась на Вулфи, но промолчала, так как ее фраза была прервана мыслями наемнице о матери. А дальше Эллиса заговорила, пытаясь переубедить Мику либо, просто дать ей добрый совет. - Ты тоже человек, тебя тоже можно ранить. И не надо говорить, что чемпионка Рима не опасна. Если тебе не удастся ее переубедить, не удастся дать ей другую цель, если ты привяжешься к ней и не сможешь убить пробудившегося монстра.. Ливия станет преследовать тебя и не успокоится, пока не отомстит за свой позор. Слова о том, что она человек заставили Микаэлу широко улыбнуться. Возможно Вулфи была права, но лишь в том, что Ливия будет мстить за свой позор, но ведь эти странные ведение касательно чемпионки Рима были не спроста. Может в них скрыт какой-то тайный смысл? Сара аккуратно положила руку на плечо Вулфи. Но слова о том, что она не человек так и не сорвались с губ. А когда они обе вошли и Сара представила Ливии свою знакомую, Вулфи сама протянула руку произнося свое имя. Что ж весьма впечатляющий жест, раньше она была более дикой, отметила про себя Сара, а между тем, она заметила, как Ливия вернула свой меч в ножны. Это конечно, заставило Мику немного задуматься, но не надолго. - Да, спасибо. Ты действительно принесла много еды на любой вкус. Микаэла улыбнулась. - Рада, что ты довольна – а после она заметила , как Ливия протягивает таки свою руку для знакомства с Эллисой. Даже если бы в дочери Рима остались, какие либо отголоски былой ярости и неприязни к людям, врят ли она протянула бы руку для знакомства, скорее просто улыбнулась в ответ, а тут. Это безусловно заставило задуматься. Далее Сара уселась напротив Ливии, потянув к себе еще один табурет для Эллисы. Скромный жест через весь стол за кусочком сочного мяса. Который стоило все же пожарить. Сара положила кусок на тарелку и подошла к камину, и спустя несколько минут, легкий аромат пряного мяса разошелся по всей юрте. Далее она поставила тарелку на стол. - Угощайтесь - отрезав себе небольшой кусок, девушка стала медленно разжевывать его в рту. Сказать было нечего, да и настроение было не из лучших. Возможно, из-за долго нахождения рядом с той, которую едва не убила. И все таки отрывки тех ведений не давали Саре покоя, она решила попробовать разбудить то сознание Ливии, что по всей видимости было похоронено еще в детстве. - Ты совсем ничего не помнишь? – начала она – Ни как спасала Римских граждан? Ни как защищала свою республику? Детство ? Мать? Отца?

blackwolfy: Ливия ответила на приветствие Вулфи вполне дружелюбно, что наемнице показалось хорошим знаком. Возможно, у Сары действительно что-то получиться, и она сможет слепить из римской чемпионки что-нибудь человеческое взамен того монстра, в которого превратил ее Арес. Впрочем, когда-то Зена доказала, что даже несмотря на его воздействие у каждого человека есть выбор. Возможно, у Ливии он тоже был. По крайней мере сейчас, без памяти о своих прошлых злодеяниях та вела себя вполне спокойно, вежливо и дружелюбно. Правда без изучающего взгляда все равно не обошлось, впрочем это скорее было делом привычки, ну или в крайнем случае издержкой профессии. -Ливия.. Красивое имя, - жаль только на римском обозначает зависть, - мысли наемницы абсолютно не отразились на ее лице, хотя их наверное вполне могла прочитать дочь Зены и Геракла. Сара довольно быстро управилась с приготовлением пищи и уже через пару минут все три девушки уже имели возможность перекусить. Только вот атмосфера в юрте была куда холоднее, чем снаружи. Вулфи пока что предпочитала обдумывать сложившуюся ситуацию, Сара выглядела несколько уставшей.. Правда еще через некоторое время молчания, она решила прервать эту гробовую тишину и спросила римскую чемпионку о ее детстве. -А что если самым ярким воспоминанием в детстве окажется Арес? Знаешь, люди запоминают встречи с богами, - подумала Элисса, посмотрев на дочь Геракла и надеясь, что та прочитает ее мысли, - В обратную сторону эта система чтения мыслей не работает?

Livia: Три девушки, все необычайно красивые и теперь крепко связанные одной нитью судьбы уселись за массивный стол, располагавшийся в середине бывшего пристанища амазонской царицы. Ливия была спокойна как сталь, возможно, она думала, что до сих пор находится в состоянии полудрема, а упорно не желавшая проходить головная боль является лишь последствием нахождения на невероятной высоте. Воительница незаметно смотрела то на Микаэлу то на Элиссу и уловила в их глазах и жестах невольное беспокойство и даже какую то тревогу. Казалось, что само присутствие Дочери Рима рядом заставляло их быть осторожнее в своих словах. Молчание и пауза для сытного перекуса немного затянулась, в воздухе так и зависла гнетущая атмосфера непонимания. Ливия бы не осмелилась начать разговор, уж слишком многого она не могла вспомнить для того чтобы без преград заговорить с присутствующими в юрте. К счастью Сара разломав, наконец опустошающее молчание осмелилась спросить первой. -Ты совсем ничего не помнишь? Бывшая Чемпионка нисколько не удивилась вопросу, внутренний голос подсказывал ей что девушка явно ждет от Ливии определенного ответа и поэтому слегка осторожничает. Лукавить или привирать молодая воительница не собиралась и поэтому насколько могла, старалась вспомнить все, что ее сознание сумело сохранить после воздействия магии. -Ни как спасала Римских граждан? Ни как защищала свою республику? Детство ? Мать? Отца? Тяжелый вздох невольно вырвался из груди Ливии, она оперлась локтями на дубовый стол и кончиками пальцев стучала себе по вискам, мучительно соединяя воедино отрывки картин проплывавших перед глазами. Одежда воина, герб на латах теперь уже очевидно принадлежащий Римской Империи, великолепно заточенное оружие, все это могло означать только одно – она воин и, судя по реакции и поведению остальных девушек, далеко не простой. При слове отец внезапно в сознании Чемпионки проявился образ величественного мужчины с отточенным профилем и гордым блеском в глазах. Уста еле слышно мгновенно прошептали. -Октавиан Август Цезарь. Значит она дочь самого императора? Не может этого быть…Хотя это бы все объясняло, кроме конечно одного – с какой целью и почему она оказалась вдалеке от дома в заброшенной юрте с компанией двух весьма необычных девушек. Дочь Рима начинала вспоминать, но потихоньку потому, что любое событие из прошлого давалось ей с трудом. Императорский дворец, Колизей в котором она тренировалась, даже лица солдат, но слово мать у нее не ассоциировалось, ни с чем. Как ни пыталась Чемпионка пробудить в сознание лик женщины, которая дала ей жизнь, все усилия оказывались тщетными. Ливия подняла глаза на Сару и весьма холодным голосом ответила. - Я помню отца, даже помню место, где жила и росла. Но о матери не слышала никогда. Ответив наконец на вопросы Микаэлы, она интуитивно опустила глаза, сосредоточившись на куске мяса, словно в нем было что-то особенное. Девушка не хотела, чтобы Сара или Элисса заметили в ее глазах непонятную даже для самой Ливии грусть после упоминания о матери.

Сара: Сара внимательно вслушивалась в слова Ливии, стараясь не пропустить ни одной детали. Не смотря на то, что девушка стерла память чемпионки Рима, некоторые отголоски прошлого все таки остались у нее в голове. Что было весьма не плохо, такие мелочи, как дом и «отец» которым она назвала Актавиана, могло сказать о многом, да и связать осколки в одно целое. Главное быть осторожными и не нарушить столь душевную гармонию. Между тем Сара, медленно всматривалась в глаза Ливии, так, чтобы девушка ничего не заподозрила. Упоминание о матери, заставило девушку немного смутится. - Она ничего не помнит а ней? Сару немного шокировал тот факт, что в голове дочери Рима, нет ни одного воспоминания о матери, словно они закрыты от нее, прочной, непробиваемой стеной. Так же странным было и то, что Ливия несколько погрустнела, когда не нашла в своей памяти ниточку связующую ее с той, что дала ей жизнь. - Но о матери не слышала никогда. Подняв глаза на собеседницу, а между тем мельком взглянув на Вулфи, сидящую рядом, Сара продолжила разговор. Не спроста же она увидела свою мать в голове этой жестокой и порочной девушки. Возможно именно воспоминания о матери, смогу поставить Ливию на верный путь и обещание данное Сарой ее отцу, будет более чем выполнено. - Ливия… у каждого человека есть мать… моя меня оставила когда я была еще ребенком, но я помню ее здесь – девушка указала на сердце – загляни в себя, возможно воспоминания о матери кроются гораздо глубже чем ты думаешь ? Сара знала, что значит расти без материнских рук, улыбки, ласки и тепла. Возможно она сможет помочь Ливии познать ее истинную сущность. Поставить ее на верный путь… Но прежде чем продолжить Сара решила выслушать ответ Ливии.

blackwolfy: Вопросы, которые задавала Сара, похоже вызывали кое-какие воспоминания Ливии. По крайней мере она вспомнила Октавиана Августа, императора Рима, человека, который воспитал ее как родной отец, впрочем ходили слухи о том, что он собирается сделать из Ливии свою императрицу. Элисса считала такой ход весьма необдуманным со стороны Октавиана, ведь Чемпионка Рима была одурманена Аресом, а значит быстро могла избавится от императора и развязать войну, попытаться завоевать еще больше земель для своей империи. Вулфи не сомневалась, что такой расклад бы весьма понравился богу войны. Впрочем сейчас судьба Ливии была в руках Сары, та же делала вид, что слова девушки не чуть не взволновали ее, даже несмотря на то, что римлянка утверждала, что знает где выросла и кто ее отец. Наемница молча слушала их разговор, вплоть до того момента, как он коснулся матерей обеих. Элисса тяжело вздохнула, решив поддержать Сару. -Ты можешь не помнить ее имя, но где-то в глубине души ты все еще видишь ее глаза, слышишь ее ласковый голос, напевающий тебе колыбельную, чувствуешь ту нежность, с которой она прижимает тебя к себе, даря тепло и заботу, - внимательно глядя на сидящую перед ней Ливию, произнесла Вулфи, надеясь, что это хоть как-то поможет вспомнить. Сама же наемница по ряду некоторых причин была лишена всего этого, хотя ее мать всегда была рядом она даже не могла видеть столь нежеланного ребенка. Элисса тяжело вздохнула, но как обычно спрятала накатывающуюся волну чувств внутри. Слишком долго она прожила наедине с собой, чтобы сейчас делится своим горем. К тому же это было сейчас совсем неуместно.

Livia: Римская воительница и сама понимала, что Саре с Элиссой такого краткого ответа будет не достаточно, они наверняка попробуют ее разговорить и помочь бывшей Чемпионке разобраться в путанных нитях воспоминаний. Но по какой то не понятной ей самой причине, Ливия не хотела даже пробовать вспоминать о матери. Каждый раз, когда ускользающая мысль уже почти нащупывала истину, Дочь Рима сознательно старалась думать о чем то другом, словно боялась этого факта из своей подзабытой биографии. -загляни в себя, возможно воспоминания о матери кроются гораздо глубже чем ты думаешь ? Воинственная девушка все таки решилась попробовать пробудить в сознание светлый образ родительницы, она на несколько секунд закрыла глаза и массируя кончиками пальцев виски, мучительно сосредоточилась на расплывающемся в памяти детстве. Ничего...пустота...Даже никакого намека на имя или черты внешности матери. Уже почти отчаявшись и потеряв всякую надежду на успешный результат, девушка интуитивно неожиданно вспомнила сцену из прошлого. Тогда она четко увидела, как еще совсем малышкой стояла во дворце и что-то спрашивала о маме у императора. Тот в ответ, печально покачав головой, с грустью в глазах ответил - " Она была прекрасной женщиной и живет во всех твоих поступках. У тебя остались ее пронзительные глаза..." А потом сознание бывшей грозы Империи вновь закрылось и не пропускало и попытки вспомнить еще что- нибудь о судьбе матери. - Микаэла, прости практически ничего о ней вспомнить не могу. - Ливия с непонятной злостью смотрела Саре в глаза. Она уже собиралась перевести разговор на более приятную для нее тему, но затем немного подумав, добавила - Мне, кажется, что отец не любил о ней вспоминать и во дворце такие разговоры были запрещены. Элисса попыталась поддержать слова Сары и немного помочь Ливии с тяжкими воспоминаниями.Но Дочь Рима удивило не столько желание новых знакомых пробудить в ней частички прошлого, а сколько осведомленность, как будто они лично следили за ней все эти годы или по крайней мере были приближенными подругами. -Ты можешь не помнить ее имя, но где-то в глубине души ты все еще видишь ее глаза, слышишь ее ласковый голос, напевающий тебе колыбельную, чувствуешь ту нежность, с которой она прижимает тебя к себе, даря тепло и заботу Тепло,забота...нет, такого она точно не могла вспомнить. Отец конечно по-своему любил ее, а с недавних пор, если обманчивая память не выдала ложные воспоминания, осыпал своими теплыми поцелуями и ласками. Но никогда девушка не могла припомнить рядом с собой нежные материнские руки и заботу. А вот упоминание о песни и чарующем голосе заставило Ливию невольно вздрогнуть. Была одна колыбельная песня, которую римская воительница помнила всю жизнь, но не знала откуда взялась эта медленная и тягучая мелодия с ласковыми словами. Наверное загадочная песня, окончательно рассеяла последнее сомнение и Ливия практически на одном дыхании произнесла -Да, ты права, я всегда ощущала ее рядом с собой, колыбельная звучит в моей голове уже сотни ночей и десятки лет, а глаза... они достались мне по наследству от нее, так говорил император. Больше она не проронила ни слова, воспоминания уже давались ей намного легче, но чувство потерянности и непонимания так и не проходило.

Сара: Ливия в очередной раз попыталась вспомнить, что-то о матери, но тщетно, в воспоминаниях этой девушки был явный провал. Сара задумалась, ведь когда она залезла в память Римской чемпионки , она увидела там образ матери, правда она так и не поняла при чем здесь ее собственная мать. -Возможно Зена и эта девушка, как –то связанны? А что если Ливия и есть пропавшая Ева? Нахмурившись Сара продолжала смотреть на римлянку, хотя эти странные мысли были полностью абсурдными, поэтому девушка слегка тряхнула головой, чтобы прогнать взявшиеся там мысли. Теперь ее взгляд пал на Элиссу, которая тоже пыталась отрыть в Ливии кусочки воспоминания о матери. Саре даже стало не по себе, весь этот разговор только будоражил чувства самой Сары. Прикусив губу она посмотрела в сторону, в тот момент когда Ливия заговорила о колыбельной. -Да, ты права, я всегда ощущала ее рядом с собой, колыбельная звучит в моей голове уже сотни ночей и десятки лет, а глаза... они достались мне по наследству от нее, так говорил император. На эти слова дочь воинов внимательно посмотрела в глаза Ливии. Колыбельная, мать однажды пела ей. Если Ливия помнит эту же песню, значит, интуиция не подводит и перед ней сидит ее сестра, маленькая Ева, за которую она готова была мстить самим богам. Но сейчас говорить об этом ни стоило, прежде чем узнать правду Саре придется вернуть Ливию императору, кроме того, если это и есть Ева, тогда боги начнут охоту за ней, что совершенно было сейчас не на руку никому из сидящих в этой юрте. - Когда ты окрепнешь мы проводим тебя во дворец к отцу. Сказав это Сара встала из-за стола. - Извините – после чего накинув шкуру, вышла из юрты. Девушка не стала уходить далеко, она обошла дом с другой стороны и уселась на краю обрыва, устремив взор вдаль.

Livia: Нужно только улыбнуться в ответ, будто то бы все эти воспоминания для меня ничего не значат. Ливия отломила маленький кусок хлеба и как ни в чем, ни бывало, продолжила есть кушанья принесенные Сарой. Пока что девушка не понимала, как и для какой собственной цели она попала сюда, но приветливость и, ни капли враждебности в голосах и действиях других девушек, убеждали ее, что сейчас это не самое главное. - Когда ты окрепнешь мы проводим тебя во дворец к отцу Дочь Рима кивнула в знак одобрения. Пожалуй, ей бы сейчас действительно хотелось увидеть Октавиана. Этот мудрый человек никогда не служил ей особым примером для подражания, но она всегда чувствовала в нем неоспоримую опору и знала, что за не очень высоким правителем стоит самая великая империя, к которой она принадлежит. Вдруг, какая-то странная, едва уловимая мысль проникла в сознание бывшей Чемпионки. Кажется он обещал вместе со своим сердцем оставить и Рим… Значит, она не просто воин, а будущая хозяйка Империи? Дочь Августа Октавиана Цезаря и законная наследница, будущая мудрая правительница, при которой Рим будет только процветать, народ не будет знать голода, а науки станут развиваться. Это бы многое прояснило, Микаэлла и Элисса могли бы быть посланы ее отцом чтобы защитить от чего нибудь, или же наоборот выкрали…хотя последний вариант Ливия исключила сразу же, судя по латам, расплывчатым воспоминаниям и учтивости собеседниц, никакого вреда причинить ей, они не могли. Тем временем Сара вышла из дома, оставив Чемпионку с Элиссой наедине. Молчащая Ливия все также молча доела свою порцию еды и взглянув на свой меч, все таки решилась встать из-за стола и одарив оставшуюся девушку искренней улыбкой. Римская воительница слегка неуклюже подошла ближе к камину, ей хотелось и посмотреть куда именно направилась Сара в такой холод, но здравый смысл подсказывал, что лучше не вмешиваться в дела новой знакомой и предоставить ей время для собственных размышлений. - Сложно не помнить кто ты есть на самом деле. А вспоминать еще тяжелее - с затаенной скорбью произнесла Ливия. В глубине души ей не хотелось возвращаться во дворец, а просто так остаться здесь в теплой юрте со своими новыми знакомыми.

blackwolfy: Извиняюсь, что так долго задерживала ответ, просто нахватала несколько пересдач и на работ завал.(( Макаэла? - наемница не подала виду, впрочем, тот факт, что дочь Зены и Геракла сменила имя был весьма оправдан, учитывая, что любой когда-либо обиженный этими героями разбойник Упоминание о колыбели видимо все же всколыхнуло память римской воительницы. Вулфи даже слегка улыбнулась, понимая, что это воспоминание было весьма дорого Ливии. Было конечно же немного странно слышать подобные откровения от кровожадной последовательницы Ареса, но во-первых кто там у него только не был, а во-вторых, это тем более оставляло надежду на хоть какую-то существующую в ней частицу света. При упоминании о глазах, Эллисса невольно встрепенулась, посмотрев на римскую чемпионку куда внимательнее. О, боги.. - и почему она до этого момента никак не могла понять, откуда ей знаком этот взгляд, но ведь этого быть не могло, Сара была единственной дочерью.. или нет, - Ева.. - она перевела взгляд на Микаэлу, та похоже находилась в подобном ступоре. На взгляд Вулфи, если эта догадка окажется правдой, все это меняло курс дела. Однако судя по словам Сары, она так не считала. А может просто таким образом пыталась защитить возможную новоявленную сестру от нависшего над ней еще с рождения проклятья. Элисса понимала, что она не вольна ничего решать, но дочь Геракла явно была растеряна, не зря она поспешила выйти наружу. Ливия похоже тоже уловила странную перемену в настроении ее спутниц, но подобно любому воину не подала виду, лишь, подойдя к камину, отметила, что воспоминания даются не так уж легко. -Знаешь, иногда полезно забыть кем ты был, чтобы понять, кто ты есть на самом деле, - тяжело вздохнула Вулфи, задумчиво посмотрев в окно, - Пойду, гляну, куда запропастилась Микаэла.. - она учтиво кивнула Ливии, и укутав плечи в свою меховую накидку, последовала за дочерью Зены и Геракла, плотно закрыв за собой дверь и прислушиваясь на всякий случай, если римская чемпионка решит последовать за ней из любопытства. Сару она обнаружила стоящей на краю обрыва. Взгляд ее был устремлен вдаль, а на лице казалась отразилась какая-то затаенная печаль. -Та королева воинов, которую знала я, не за что бы не вернула ее и не позволила ей вновь стать той, кем она была, - негромко произнесла Эллисса, подойдя к девушке. Она не произносила имен, потому что знала, насколько слышащими могут оказаться боги, в особенности один из них .

Сара: Сара еще некоторое время смотрела за горизонт. Мысли были совершенно разбросаны и для того, чтобы собрать все в кучу, ей просто необходимо было побыть некоторое время наедине с собой. Холодный ветер заставил появиться легкому инею на волосах той, хотя самой девушке холодно не было. - Сколько еще времени мне придется бороться с тенями прошлого ? – спрашивала она сама себя. Ведь ей пришлось немало всего пережить за столько короткое время. А теперь еще и эта история с Ливией, которая будоражит не только саму римлянку, но и Сару. На долю секунды она позволила думать себе о том, что Ливия и есть Ева, но тогда как ей удалось выжить в той битве с богами?? Ведь Зена мертва и этого было точно…Разве, что королеве воинов удалось найти способ спасти свою дочь от богов, путем собственно гибели. Но отдать Риму?! Это же полное безрассудство! Сердце в груди девушки билось все чаще. - Мне придется встретится с императором, чтобы узнать правду… Тут послышались шаги, Сара даже не повернула головы, т.к. кроме Ливии и Элиссы тут не кому быть. -Та королева воинов, которую знала я, не за что бы не вернула ее и не позволила ей вновь стать той, кем она была. Девушка слегка наклонила голову в бок. - А если это было бы единственным способом узнать правду о ней? – вскинув одну бровь вверх спросила она. Вопрос был от части риторическим и не требовал сию секундного ответа, тем более, что оставлять Ливию одну было не самой лучшей затеей. - Прости Элисса, я понимаю ты знала мою мать и возможно сравниваешь нас в чем-то, но….ты должна знать от матери мне досталась лишь частичка ее внешности и некоторые боевые навыки. Внимание от нее я не получила даже будучи ребенком. Но я не в обиде на нее, я понимаю, что будучи известным героем трудно воспитывать ребенка , которого родила не сама… - с некой досадой в голосе произнесла она. Тяжелый выдох и не менее глубокий вдох, грустный взгляд на собеседницу. - Надо вернуться в дом и начать собираться. После этих слов девушка направилась обратно.

Livia: Какие еще загадки может хранить память в прошлом ужасного человека, не жалеющего жизней детей, женщин и стариков ради отдаленной цели и пожизненной славы? Ускользающие воспоминания о прошлых ужасах, возможно, когда-нибудь восстановятся в сознании кровожадной Чемпионки, но скорее всего былой мощи и безумства увидеть в глазах Ливии никто не сможет. Римская воительница завороженно смотрела своими голубыми глазами на скачущие языки огня. Пламя раньше свирепствующее в ее сердце, теперь лишь отдаленно напоминало ей что-то до боли знакомое. Огонь - пожиратель всего плотского, для него нет преград и почти не существует цели, разве что само разрушение ради дальнейших разрушений. Замкнутый круг, никогда не прекращающийся и манящий своей горделивой недоступностью для понимания обычного человека. Но пламя схватки всегда было намного хуже и беспощаднее, даже чем сама основная стихия. Голос Элиссы вывел Дочь Рима из задумчивого состояния. -Знаешь, иногда полезно забыть кем ты был, чтобы понять, кто ты есть на самом деле О, как же, Ливии сейчас хотелось понимания, этого ключа для расплывающихся мыслей и домыслов. Но Чемпионка догадывалась, что у девушек есть какая-то своя цель в нахождении фаворитки императора в этой юрте, а уж тем более они ведут ее к отцу не просто так. Когда Элисса вышла, Ливия, недолго думая, достала свой гладиус опять. Она посмотрела сначала на полированную сталь, а затем на одну из деревянных подпорок, державших свод амазонского жилища. Если отрубить одну подпорку, шатер не рухнет, но если не смогу разрубить эту тонкую палку, то возможно я не воин Рима. Хотя девушка не помнила ничего из своих схваток, тело послушно повиновалось ей и руки как раньше обвили витую рукоять. Сильный размах, немного под углом занесенное оружие и старое дерево поддалось неоспоримой мощи.Хотя подпорка так и не упала, но на поверхности осталась внушительная глубокая царапина. Немного удивленная такому результату римская воительница переводила взгляд со своих рук на "раненную деревяшку". Если помнит тело, то все что они говорили, истинная правда. Элисса и Сара уже не возвращались довольно долго и Ливия слегка заволновалась, не случилось ли чего с новыми спутницами. Сердце Чемпионки стучало с каждой минутой все чаще. Девушка подошла почти к самому входу в шатер, не убирая при этом меча в ножны и, собиралась выйти, как вдруг она услышала скрип снега на улице. Значит, вскоре мы вернемся к Октавиану..



полная версия страницы